9
0– Мы с Клейтоном постараемся проследить, чтобы в ближайшие шесть недель ты посещал все главные балы и рауты, – продолжала она, беря мужа под руку. Однако сделав два шага, оба остановились как вкопанные.
Стивен с виноватым видом посмотрел на растерявшуюся, близкую к панике Шерри и шепнул:
– Не волнуйтесь. Они полюбят вас, как только придут в себя от удивления.
Стивен лихорадочно прокручивал в голове все мыслимые и немыслимые выходы из грозившей обернуться катастрофой ситуации, но остановился на двух: попросить Шерри выйти и дать ему возможность объясниться с родственниками, что было бы для него унизительно, или же на ходу придумать легенду и разыграть фарс, а когда Шерри пойдет спать, рассказать родным правду.
Склоняясь ко второму варианту, Стивен выразительно посмотрел на брата, ища у него поддержки, однако Клейтон ничего не заметил, потому что в этот момент переводил взгляд с Шерри на серебряный поднос в руках Стивена.
– А у вас тут все по-семейному, – сухо заметил брат."
"Поспешно поставив поднос на стол, Стивен посмотрел на стоявшего в дверях и ожидавшего указаний Кольфакса и кивнул ему.
– Мама, позволь представить тебе мисс Чариз Ланкастер.
Боже мой! Ведь это ее будущая свекровь, вдовствующая герцогиня. Шерри едва не умерла от страха, с мольбой посмотрела на Стивена и шепотом, буквально взорвавшим напряженную тишину, спросила:
– Достаточно будет обычного книксена?
Стивен взял ее под локоть, подтолкнул вперед и ободряюще улыбнулся:
– Вполне.
Шерри сделала книксен, чувствуя слабость в коленях, и, встретив холодный взгляд старой леди, с неожиданной для самой себя смелостью вежливо произнесла:
– Счастлива познакомиться с вами, мэм, то есть ваша светлость.
Затем она обернулась и ждала, когда Стивен представит ее невестке, жгучей брюнетке по имени Уитни, разглядывавшей Шерри с плохо скрываемым изумлением.
«Еще одна герцогиня!» – в отчаянии подумала Шерри, старше ее, но не намного. Делать книксен или не надо? И, словно угадав ее мысли, Уитни протянула руку и нерешительно сказала:
– Здравствуйте, мисс Ланкастер.
Шерри с благодарностью пожала руку молодой женщине и повернулась к мужчинам. Герцог, высокий, темноволосый, был очень похож на ее жениха: такие же тонкие черты лица, такой же рост, такие же широкие плечи.
– Ваша светлость, – пробормотала Шерри, снова присев в книксене.
Четвертому гостю, Николасу Дю Виллю, было лет тридцать пять. Он галантно поцеловал ей руку, сказал, что счастлив познакомиться, и подарил ей улыбку, способную заменить самый лучший комплимент.
