Что я без тебя…

Если не ошибаюсь, «Ежемесячное обозрение для женщин, или Депозитарий утонченных развлечений и рекомендаций: как удовлетворить свои наклонности, как дать пищу уму или укрепить характер прекрасного пола Англии».

– И все это в одном журнале? – рассмеялся Стивен. – Он слишком много на себя берет.

– Я тоже так думала, пока не прочла его. Как вы думаете, что я там нашла?

– Судя по выражению вашего лица, ничего хорошего.

– Статью о румянах.

– О чем?"

"– О том, как накладывать на лицо румяна. Так интересно, что не оторвешься. А как вы думаете, что написано под рубрикой «Пища для ума» или «Укрепление характера»? – поинтересовалась она, притворно нахмурившись, так что Стивен весь затрясся от смеха.

 – Правда, в других журналах попадались более серьезные статьи, как, например, «La Belle Assemblee, или Описание придворных традиций и мод, особенно необходимых для леди». Весьма поучительный трактат о том, как надо придерживать юбку при реверансе. Я просто была очарована этой статьей. Мне в голову не приходило, что, делая реверанс, предпочтительно пользоваться большими и указательными пальцами обеих рук, а не всеми пальцами, данными нам Богом. Видите ли, доведенное до совершенства изящество – вот идеал, к которому должна стремиться каждая женщина.

– Вы сами так решили или же почерпнули эту мудрую мысль из журнала? – поддел ее Стивен.

Она покосилась на него с поистине уморительным выражением лица, которое можно было бы назвать волшебной непочтительностью.

– А вы как думаете?

Стивен подумал, что мог бы наслаждаться ее волшебной непочтительностью и доведенным до совершенства изяществом до конца дней своих.

– Пожалуй, следовало бы выкинуть эту макулатуру из вашей спальни.

– О нет, ни в коем случае! Вы не должны этого делать. Я читаю журналы на сон грядущий.

– На сон грядущий? – удивился Стивен, поскольку она говорила вполне серьезно.

– Ну да! И после первой же страницы начинаю засыпать. Действует лучше любого снотворного.

Оторвав взгляд от ее очаровательного лица, Стивен смотрел, как заструились ее медные локоны по плечу, когда, отбросив их со лба, она нетерпеливо тряхнула головой. И все же ему больше нравилось, когда ее роскошные волосы свободно ниспадали на ее правую грудь. Тут Стивен спохватился.

Что за ерунда, черт возьми, лезет ему в голову?

– Поскольку к румянам и реверансам вы равнодушны, хотелось бы знать, что вас интересует?

«Вы, – подумала Шерри. – Меня интересуете вы. Почему вы сейчас в смятении? Почему иногда улыбаетесь мне так, словно никто больше для вас не существует, а в иные моменты, я это чувствую, вообще не хотите меня видеть, даже если я рядом с вами. Мне интересно все, что интересно вам, потому, что я очень хочу что-то значить для вас. Меня интересует история. Ваше прошлое. Мое прошлое».