Эльфийский гамбит. Книга 1 (СИ)

Что-то грызло меня, какая-то мысль свербела на краю сознания. Сами собой вспомнились слова Чейза: «Не отмахивайся от интуиции. Доверься себе!» Я остановился и до мельчайших подробностей восстановил бой, а потом все то, что происходило после. Мрраш! Перед внутренним взором возникла картинка: трава, кровь, арбалет, отрезанные пальцы. Пальцы! Один так и остался человеческим! Значит, не кольца на пальцах помогли лазутчику сменить внешность!

Хорошо, что я недалеко отошел от места, где дрался с гномкой. Если не артефакт-кольцо меняло внешность, то должно быть что-то внутри пальца.

Да, так и есть! На человеческом пальце прямо под кожей нашлось утолщение. Еще полминуты, и я держал в руках две крошечные пластинки, соединенные между собой. Неужели это и есть артефакт, меняющий внешность?

Разъединить пластинки не удалось: я просто не знал, как это сделать. Но зачем такие сложности? Понятно, почему пластинки поместили под кожу: даже если с замаскированной гномки сняли бы всю одежду и артефакты, внешность бы не изменилась. Но зачем делать две пластинки? Они ведь явно разъединяются. А что если при разъединении пластинок, восстанавливается реальный облик? Тогда понятно, почему артефакт разместили в пальце, прямо под кожей.

Если знать, как это работает, можно незаметно разъединить пластинки и стать таким же, как был. Со всех сторон удобно. Только вряд ли коротышки ожидали, что я случайно отрублю пальцы.

Дороги вдоль реки тут не было, поэтому приходилось пробираться сквозь заросли. Постепенно берег становился все более пологим, и, наконец, я вышел к большому каменистому плато. Чуть ближе к реке рядом с телом гномки сидел босой охранник и выливал из сапога воду.

— Что так долго? — поинтересовался он.

Раньше подобный вопрос меня бы возмутил. Не дело какому-то человечку объяснять, почему я задержался, но сейчас мне была понятна суть вопроса. Охранник знал, что все дроу не очень хорошо ориентируются на поверхности, но он не пытался таким образом указать на мою слабость. Он показывал заинтересованность. Как я понял, дружба между людьми начинается именно с этого: проявить беспокойство, показать, что тебе интересно, что произошло с другим.

— Пробирался через заросли, — объяснил я, — что дальше? Куда идем?

— Никуда.

У меня есть амулет связи, я доложил лорду Юстиниану о том, что произошло. Он понял, где я нахожусь, и приказал ожидать. Это стоянка караванов. Его величество решил встать лагеремздесь. Сравнительно недалеко от дороги, тут есть вода для лошадей, дрова для костра. Можно оказать помощь нашим раненым и сжечь тела убитых, — подробно пояснил охранник.

Уверен, что если бы я поступил как обычный дроу, то есть промолчал бы в ответ на вопрос человека, охранник не ответил бы так исчерпывающе.