2
0Что чудом уцелела, потому что старушка соседка, живущая на первом этаже, подняла нешуточный крик, увидев происходящее. Как меня атакуют телефонными звонками и сыплют угрозами. Как по чьей-то указке уволили с работы.
А я устала жить в страхе. Потому что становится всё хуже и хуже.
– Я не знаю, кто эти люди и как они были связаны с моим отцом. Он был уважаемым и честным человеком. – после этих слов Марк недобро усмехнулся. А я продолжила неуверенно. – Председательствующий судья. И я не могу понять, чего теперь хотят от меня.
– Меня больше интересует, чего от меня хочешь ты.
– Помощи. Защиты. – сказала, как есть. – В органах меня не слушают. Прямо сказали, что не помогут. А я боюсь, что со мной что-то сделают, потому что уже намекнули. И не раз. Вы же занимаете должность. Вы прокурор. Я не знаю, к кому ещё обратиться.
Потому что по сути, из всех друзей и знакомых отца, с которыми я пересекалась, только Марк занимает тот пост, при котором я могу получить хоть какую-то защиту.
Ведь все, к кому пробовала обратиться, меня не стали слушать. А ведь фамилия отца громкая. Его знали многие. А теперь делают вид, будто не помнят ни его, ни меня.
Пока рассказывала всё Марку, в горле пересохло. Тараторила не останавливаясь. Мне было жизненно важно рассказать всё, чтоб хоть какую-то надежду получить.
Призвать к сочувствию. Вызвать жалость. Надавить на долг службы. Плевать. Лишь бы помог.
– Я тебя услышал. – резюмировано всё также равнодушно.
– Вы мне поможете? – задав вопрос, кажется, дышать перестала.
– Не буду ничего обещать. А теперь вылазь, приехали.
Посмотрев в окно, поняла, что мы стоим возле моего дома.
– Может, я оставлю свой телефон?
– Не нужно. Иди, Камилла.
Мне ничего не оставалось, кроме как попрощаться и выйти из машины.
Неужели, всё тщетно. Неужели, даже не попытается помочь?
Со встречи с Марком прошло три дня. От него тишина.
О том, что мы с ним общались, напоминал только синяк на попе и мои рухнувшие надежды.
Хотя на что я надеялась? Вроде уже не ребёнок давно, а наивности во мне больше чем веса.
Ну что ж, была один на один со своими проблемами, один на один и осталась.
Но всё равно обидно. Я ведь помнила Марка. Всегда так радовалась, когда он у нас в гостях бывал. И мне кажется, тогда он не был таким сухарём.
А сейчас каким-то бездушным стал. Будто вообще другой человек. Робот чёрствый.
– Камил, закроешь кассу? – вырвала меня из мыслей напарница. – Сегодня у сына день рождения, не хотела задерживаться. Выручишь?
– Да, конечно. Беги, я всё сделаю. – улыбнулась Ирине.
