0
0И полный сарказма тон. — Слежку организуешь?
Слова сами срываются с языка. Надо было просто смириться и промолчать! Но у меня не выходит. Характер такой. Дурной.
Да и волнение перед первым учебным днем после восстановления в универе дает о себе знать. За сегодняшнее утро я стала слишком нервной. Мнительной. Волнение с бешеной скоростью гонит по венам кровь.
Если я уже места себе не нахожу, то что же будет дальше? Страшно представить.
— Прости, — извиняюсь стыдливо. — Я не специально.
— Надеюсь на это, — строго произносит отец. Но он меня не ругает, не осуждает, а принимает такой, какая я есть.
Вячеслав Баринов сделал для меня невероятно много. Я ему обязана совершенно всем!
Если бы не он, то расти мне пришлось в детском доме. Моя жизнь должна была стать другой. Благо, лучший друг моего погибшего папы вмешался.
После гибели родителей никому из родственников я оказалась не нужна. Им были интересны родительская квартира, машина, но не ребенок… Столько лет прошло, а я до сих пор помню кошмар через который прошла.
А потом появился Он! Дядя Слава. Которого теперь называю отцом.
Он спас меня. Удочерил. Обеспечил всем необходимым. Помог сохранить родительский дом, получить образование. Хоть я уже выросла, но он возится со мной до сих пор…
Даже когда призналась, что беременна и меня бросил парень, Баринов был среди первых, кто поддержал. Отговорил от ужасного шага. Настоял на том, чтобы я родила.
Сейчас вместе со своей молодой женой они помогают растить и моего сына. Несмотря на то, что у них своих трое детей! Старшая дочка ровесница моего Стаса, а двойняшки Егорка и Владик младше Стасика примерно на год.
Не квартира, а детский сад какой-то! Не представляю, как Маша справляется со всем этим пока меня нет.
Но отец прав. Я должна доучиться! И использовать этот шанс просто необходимо! Пока он есть.
— Дочь, — севшим голосом обращается мужчина. — Не мне тебе объяснять зачем все это нужно, — потирает переносицу. Отец выжат как лимон. Еле держится на ногах! Так сильно устал.
Он несколько часов назад приехал домой с работы. Провел там всю ночь разруливая очередной форс-мажор.
— Я все понимаю, — признаюсь поникшим тоном. Опускаются плечи. — Но, поверь, ты можешь мне доверять! — произношу с жаром, с мольбой смотрю на него.
Но мои попытки вразумить отца остаются безуспешными. Если уж Баринов что-то вбил себе в голову, то это все.
— Езжай, — показывает на дверь. — После поговорим!
Бегло целую его в щеку, бесшумно закрываю за собой дверь. Маша и дети еще спят, не стоит их беспокоить.
Выхожу на улицу, делаю глоток свежего февральского воздуха. Середина учебного года. Начало второго полугодия. Все с начала.
Надеюсь, в этот раз я продержусь!
Ребята, с кем начинала учебу уже на старшем курсе.
