4
0Та мне благодарно улыбнулась и, даже не взглянув на Булата, спросила:
— Повар поставил в духовку круассаны, вы будете?
— Буду с удовольствием, — улыбнулась ей.
Булат нахмурился и спросил меня.
— Не понял юмора. Почему моя служанка предложила круассаны тебе, а не мне? Она же тебя впервые здесь видит!
Я разлила кофе по чашкам и с улыбкой, довольная тем, что только что произошло, ответила ему:
— Потому что она почувствовала во мне хозяйку.
Но скорее всего, она посмотрела новости в сети или по телевизору, со вчерашней вечеринки и уже знает меня, как невесту Булата.
Но Булат, похоже, об этом не подумал.
Его брови натурально взлетели от удивления на мои слова и он ехидно сказал:
— Сколько в тебе самоуверенности, однако.
— Да неужели? — хмыкнула на его сарказм. — Тебе положить сахар?
— Нет, и молока тоже не лей. Я люблю кофе чёрный и не сладкий, — произнёс он поспешно, беря чашку и делая первый глоток. Со звоном поставил чашку на блюдце и произнёс, глядя на меня с интересом: — Заметил я в тебе одну очень характерную черту, Кристина.
— Какую же? — спросила у него, тоже делая глоток. Кофе был великолепным. — Тебе что положить — кашу или омлет?
— Омлет, — сказал он. — Заметил вот что. Ты наглая и самоуверенная стерва, и тебе палец в рот не клади, откусишь не просто руку, но просто целиком сожрёшь и не подавишься.
— Даже не знаю, что ответить. Это был комплимент или оскорбление?
— Комплимент, дорогая моя. Это качество тебя характеризует как сильную, умную, хваткую, проницательную и серьёзную женщину. И мне это нравится.
— Обалдеть, — хохотнула я в ответ. — Ты сейчас практически назвал меня женщиной с яйцами! Сомнительный комплимент, знаешь ли.
— Наоборот. Такие женщины — редкость, Кристина. И ты, можно сказать, бриллиант, правда, немного неотёсанный ещё камешек, грубоватый и колкий, но в руках истинного художника-ювелира ты засверкаешь всеми своими гранями, которых в тебе, несомненно, предостаточно. И я с удовольствием буду раскрывать тебя и узнавать, как личность и как женщину, и уверен, что всё равно не постигну всех твоих женских секретов и тайн.
От его монолога я на мгновение зависла, так как не знала, что сказать в ответ.
То ли он меня сейчас красиво оскорбил, то ли сделал грубый, но комплимент.
Пока я размышляла, вернулась служанка и принесла поднос, на котором стояло блюдо с горячими круассанами и маленькие пиалы с жидким вареньем и повидлом.
— Вот, пожалуйста, — сказала она и поставила блюдо на стол. — Приятного аппетита.
— Спасибо, — поблагодарила её.
Женщина снова мне улыбнулась и ушла.
