48 причин, чтобы взять тебя на работу

Так когда-то думал и Фрэнк, пока я не заполучила все его акции, прибрав к рукам бизнес.

– Работы должно стать меньше, – призывно улыбнувшись, я положила руку на стол, соприкоснувшись с его пальцами. – У тебя ведь теперь есть помощница. Наша хрупкая очаровательная мисс Николс. Как она, Том?

Я говорила и внимательно следила за ним. За глазами, в которых мгновенно появился холодный налет. За губами, уголок которых едва-едва дернулся в сторону. И крылья носа, что чуть расширились, выдавая мальчика с головой. Он злился.

Голос ровный, без единой лишней эмоции. Я даже начала им гордиться.

А ведь он бы мог сидеть сейчас в моем кресле, если бы не наломал дров и не начал строить из себя идиота, которому плевать на деньги Эриксона. Отказавшись участвовать в афере против Фрэнка, он заявил, что сможет подняться сам, без "этих грязных методов". Возможно, у него получилось бы, но я успела быстрее. Эриксон был редкой сволочью, но слишком дорожил репутацией, чем и воспользовалась, чтобы получить контрольный пакет акций. И теперь Томас довольствовался лишь двадцатью процентами активов. Двадцать против шестидесяти! Еще двадцать все еще принадлежали Мэтту Бину, но и на этого старого козла однажды найдется рычаг давления.

Том нервно постучал пальцами по столу и многозначительно взглянул на часы. Я хмыкнула. Это при мне он стал таким, превратился в хищника… Голодного, жадного, необузданного, все больше превращаясь в того, с кем хотелось делить не только постель. И я не собиралась отдавать его! Стоило вспомнить о маленькой дряни, вставшей между нами, как злость снова накатила волной.

– Значит, думаешь, ей нужно еще время?

Я чуть склонила голову, коснулась его ноги носком туфли, слегка приподнимая брючину. Казалось, игра поглотила меня полностью, но… я услышала, как он задержал дыхание, а после проговорил, стараясь не выдать себя ни словом:

– Я думаю, ее стоит оставить в покое.

Мне захотелось рассмеяться. Том, Том, Том… Кажется, он всерьез заинтересовался этой никчемной дурой. А ведь мы так не договаривались!

Оттолкнувшись от стола, я направилась к своему креслу, грациозно покачивая бедрами. Да, милый, помню, как ты возбуждаешься от этого. Тело не обманешь, дорогой, и мы с тобой знаем об этом лучше других.

– Том, – присев на свое место во главе стола, откинулась на спинку, закинула ногу на ногу и, передернув плечами, посетовала: – у меня такое ощущение, что эта девочка… Элисон? – Он не ответил, не поправил меня, но вид стал раздраженным. – Впрочем, плевать, ты понял, о ком я говорю.

О да, он понял. И мне совсем не нравилось то, как Матисон реагировал на косвенное оскорбление этой девицы.

– Так вот, мне кажется, что она стала помехой. А я не люблю помехи, дорогой.

Том нахмурился, сел удобней.