Топить в вине бушующее пламя печали

Она напоминала грешника, совершившего великое зло и готового вот-вот провалиться в ад.

— Кого вы собираетесь поймать? — приняв звонок от Ло Цуйцуя, Сяо Чжэн несколько мгновений просто молчал. Наконец, его терпение лопнуло, и он окончательно рассердился.

Стоило ему отдать приказ «уничтожить подозреваемого любой ценой», и имя «Би Чуньшэн» едва не стало источником его личной травмы.

Ло Цуйцуй переключил звонок на громкую связь и попытался объяснить. Он сказал, что это Сюань Цзи предположил, будто с Би Чуньшэн что-то не так. Этот парень был самым настоящим шипом, раздражавшим нервы Сяо Чжэна.

Его голова почти кипела.

— Повтори-ка еще раз, пока я самолично не изловил этого временного работника, по фамилии Сюань! Нет, старина Ло, он только пришел сюда, он и знать ничего не знает. Как вы можете быть такими безответственными? Ты видел досье Би Чуньшэн? Когда она поступила на службу, этот ваш «директор» еще даже не родился!

— Я просто докладываю, не кричите на меня. — старик Ло так обиделся, что его листья увяли и свернулись в подобие одеяла, покрывшего все его тело. Он уютно устроился в кузове служебной машины, шмыгнул носом и задыхаясь продолжил.

 — Я ничего не знаю. Наш босс попросил меня доложить вам об этом. Директор Сяо, по правде говоря, сейчас я даже север не смогу определить. За столько лет работы в Отделе восстановления я с таким еще не сталкивался… Увы, не могли бы вы организовать для меня перевод на более спокойную должность? В прошлом году на медосмотре у меня выявили аритмию. Я… Алло? Алло? Директор Сяо?

Но Сяо Чжэн не стал дожидаться, пока он закончит, и просто повесил трубку.

Стояла глубокая ночь, но здание Главного управления все еще было ярко освещено.

Вооружившись всевозможными чистящими средствами, сотрудники приступили к уборке. Большинство кровавых надписей на стенах уже исчезли, но, не успели люди вздохнуть с облегчением, как на прежнем месте тут же появились новые.

Отбросив телефон в сторону, Сяо Чжэн уперся руками в стол и низко опустил голову.

Без какой-либо причины он вдруг вспомнил старого директора. В конце концов, он был последним, кто его видел.

Бывший генеральный директор был одним из старейшин Главного управления, принимавшим участие в его создании.

В первой половине этого года он вышел на пенсию, ему было уже девяносто лет. Всю свою жизнь он посвятил работе. Когда бывший директор покинул свой пост, казалось, существование потеряло для него всякий смысл. Его всегда здоровое и крепкое тело начало разрушаться. Через несколько дней после этого он сильно заболел, а уже через месяц — умер.

После его ухода с поста прошло совсем немного времени, казалось, даже чай не успел бы остыть.