Топить в вине бушующее пламя печали

Если бы они жили три тысячи лет назад, и они и все их семьи до девятого колена, были бы казнены.

Лисица встала, закрыла дверь, быстро огляделась и принялась жаловаться:

— Неужели вы не могли приготовить для меня парочку тепленьких малышей? Здесь же так холодно, это так вы встречаете дорогих гостей?

Старик, открывший им дверь, хрипло сказал:

— Как бы то ни было, ты все равно скоро покинешь Дунчуань. Потерпи.

— Мы просчитались, — сказала лисица, опускаясь на колени. — Я думала, что Бедствие поможет нам, но ведь Дунчуань до сих пор не перешел под нашу юрисдикцию? Кто мог знать, что эти прихвостни Управления по контролю за аномалиями запросят подкрепление.

Все те, кто участвовал в ритуале темного жертвоприношения, были им же и сожжены. Но ведь ритуал не мог пройти не так, верно? Такой провал, неужели это действительно было Бедствие?

Человек в плаще у алтаря ответил:

— Ритуалы темных жертвоприношений и их условия отличаются друг от друга. В конце концов, все сведения о них тысячелетиями считались утерянными. Несмотря на то, что мы получили «предсказание» и восстановили тексты призыва, ошибки в их понимании и в наших действиях были неизбежны.

Кроме того, говорят, что на этот раз Бедствием был предводитель одного из древних кланов. «Клана шаманов». Он превратился в Бедствие после их истребления. При жизни он так ничего и не добился. Случившееся с ним великая несправедливость, в те годы он, кажется, был еще ребенком. Возможно, его боевой мощи оказалось недостаточно. Более того, призыватель и призываемый демон должны быть одного происхождения. Так как клан шаманов был истреблен, нам оставалось лишь использовать подделку, отмеченную проклятием призрачной бабочки. Вероятно, потому ритуал и провалился. Воспринимайте это как новый опыт. В следующий раз все обязательно получится. Правда, господин Нянь?

Господин Нянь не преклонял колени и не собирался обмениваться приветствиями с этими людьми. Мужчина попросту прислонился к стене. Услышав эти слова, он ничего на них не ответил. Протянув руку, он произнес:

— Я здесь, чтобы забрать товар. Он у вас?

«Плащи» посмотрели на него с нескрываемой злобой, и один из них закричал:

— О, конечно, вы же человек из высшего общества! Вы считаете ниже своего достоинства связываться с крысами вроде нас.

Тогда почему же вы, зажав нос3, спустились в канализацию?

3 捏着鼻子 (niēzhe bízi) — зажимать нос; перен. через силу, против желания; сносить молча.

Взгляд темных глаз господина Няня остановился на этом выскочке. Атмосфера в комнате стала еще более недружелюбной.

Человек в плаще встал, подошел к нему вплотную и злобно выплюнул:

— Ах, простите меня, великий господин, ваш ум чист и ясен.