Однако, мобильный принадлежал Чжан Чжао, капитану «Фэншэнь»… По идее, с ним не должно было возникнуть проблем.
Но ведь Би Чуньшэн проработала в Управлении более двадцати лет. Разве это помешало ей нарушить правила?
Сюань Цзи не случайно разговорился2 в присутствии Ван Цзэ. Юноша потушил окурок сигареты о мусорное ведро и произнес:
2 交浅言深 (jiāoqiǎnyánshēn) — вести дружескую беседу с малознакомым человеком, разговориться со случайным знакомым.
— Позже вернемся к этой теме. Пойдем. Говорят, что старину Сяо ударило молнией. Давай сначала навестим его.
— Эй! — Ван Цзэ догнал его через пару шагов.
Его вопрос застал Сюань Цзи врасплох.
Хорошо, об изменениях в особых способностях действительно стоило докладывать. Но зачем было докладывать о таких пустяках?
Неужели государство собиралось отправить его в отпуск по случаю бракосочетания?
— Я что… Какие планы?
— Как ты собираешься зарегистрировать его? — замялся Ван Цзэ. — Ты в курсе, что в нашем Управлении существует «шкала оценки человечности»? Если количество набранных баллов больше шестидесяти — это «высокая степень человечности».
Сюань Цзи закатил глаза. Это не было похоже на комплимент в его адрес.
— В данном случае есть два способа подачи документов. Ты можешь подписать «Соглашение о полной ответственности», и тогда Управление выдаст ему специальное удостоверение личности. С виду оно ничем не отличается от удостоверения обычного человека. Ты можешь даже прийти с ним в банк и открыть счет, но на самом деле он будет оформлен на тебя.
Сюань Цзи охватило зловещее предчувствие.
— То есть, если он задолжает денег, ты должен будешь их вернуть, если он убьет кого-нибудь, ты заплатишь жизнью за жизнь.
— Погоди-ка, брат Ван, пожалуйста, помоги мне посмотреть, нет ли у меня на спине кроваво-красной надписи «профессиональный козел отпущения»?
Ван Цзэ лишь развел руками:
— Если твой дух меча не слушается тебя, это проблематично.










