Топить в вине бушующее пламя печали

В ярком белом свете зрачки Шэн Линъюаня то сужались, то снова увеличивались.

Удивленное выражение исчезло с его лица, молодой человек улыбнулся и сказал:

— Мне действительно жаль.

Сюань Цзи показалось, будто он только что пережил землетрясение. В ушах у него не переставая звенело, к тому же они еще и кровоточили. У юноши кружилась голова. К середине ночи постояльцы почти заполнили всю гостиницу. Может, их количество не превышало и тысячи человек, но все же в здании было слишком много смертных. Даже великий дьявол воздержался от каких-либо действий​​​​​​​4, прекрасно понимая, что установленный ими шаткий барьер не годился для сражений.

Сюань Цзи на мгновение замер. Ничего не сказав, он подобрал пакет с фаст-фудом, открыл дверь и вышел.

​​​​​​​4 投鼠忌器 (tóushǔjìqì) бросил бы камень в крысу, да боится перебить посуду (обр. в знач.: воздержаться от действия, из страха перед последствиями; опасаться причинить вред невинным).

Шэн Линъюань вежливо посторонился, пропуская его, и Сюань Цзи боком выбрался из номера. Шэн Линъюань не сводил с него глаз до тех пор, пока запах маленького демона не исчез за дверями лифта.

Затем молодой человек, наконец, отвернулся, и на его губах заиграла улыбка. Он поднял руку, и черный туман растекся по разрушенной комнате. Разделившись на мелкие клочья, туман проник в сломанную ими мебель. Казалось, разбитые предметы сами по себе собрались вместе, принимая первоначальный вид. Когда они покинут гостиницу, никто ничего не заметит.

После тщательного ремонта черный туман исчез, будто его никогда и не существовало. Половина декоративных растений за пределами номера мгновенно погибла, и даже маленькое насекомое, лежавшее в цветочном горшке, внезапно перестало двигаться.

Под легким дуновением ветра оно превратилось в пыль.

Шэн Линъюань расслабил плечи, прислонился спиной к двери и посмотрел на шумевший кондиционер. Он все еще хотел его заткнуть.

Наконец-то он узнал о происхождении маленького демона. Какая же это запутанная история.

Согласно историческим записям, междоусобную войну в Цзючжоу начал император Пин, Шэн-цзюнь.

Авторы учебников, написанных более поздними поколениями, приписывали ему только две роли: свирепый, жадный карьерист или беззаботный глупец.

Но на самом деле, неправильно было обвинять смертного в войне, продлившейся так долго.

Это касалось только тайн древности. Нынешние поколения вообще ничего о ней не знали.

Три тысячи лет назад Большой каньон назывался вовсе не «Чиюань», а «Долина Наньмин», и был местом обитания клана Чжу-Цюэ.

У священной птицы Чжу-Цюэ был особый статус. С одной стороны, ее уважали демоны, а с другой, человеческая раса считала ее богом-хранителем южных земель.