Топить в вине бушующее пламя печали

Он наверняка понял, что я собираюсь вернуть его обратно в гроб. Я допустил ошибку.

— «Обратное течение»?

— Да… — Шэн Линъюань открыл было рот, но на мгновение забыл, как произнести это слово. Его голос напоминал высохший горный поток. Конец фразы растянулся2 и повис в воздухе. — Стоит мне увидеть его, как все воспоминания и переживания тотчас возвратятся ко мне. Если есть прошлое, от которого я не могу избавиться, оно будет повторяться снова и снова, пока я не умру.

2 捉襟见肘 (zhuōjīn jiànzhǒu) — потянешь за полу ― видны локти, обр. тришкин кафтан; нос вытащить — хвост увязнет.

Это и есть «обратное течение» — бесконечно зацикленное воспоминание!

— Подожди минутку, но я ведь тоже здесь, — Сюань Цзи обернулся и увидел, как мальчишка, только что пронесшийся сквозь него, подбежал к, стоявшему в конце тропинки, дому. Деревянная дверь заскрипела, и юный шаман что-то прокричал. Сюань Цзи не понял ни слова из того, что он сказал. Юноша вздохнул:

— Сегодня действительно долгий день.

Он собирался поймать шайку шарлатанов, сделать все по закону. Юноша никак не ожидал, что рыба, попавшаяся на крючок, окажется акулой и тут же утащит его на дно.

Он так и не нашел связи между Цзи Цинчэнем и Би Чуньшэн, но зато его необъяснимым образом затащили в какой-то курган. Прежде чем он успел понять, что происходит в этом безумном призрачном месте, из гроба выскочил, притворявшийся мертвым, глава клана шаманов, и два демона принялись болтать друг с другом на незнакомом языке. Юноша понятия не имел, какими знаниями обменивались между собой эти цзянши. Сюань Цзи не понимал ни слова. А теперь, к тому же, он оказался втянут в странное заклинание.

Сюань Цзи недоуменно подумал: «Разве вражда между этими двумя имеет ко мне какое-либо отношение?»

Он всего лишь бедный государственный служащий в порванной одежде. У него даже нет возможности подать заявление о возмещении ущерба. Почему эти цзянши сначала убили его подозреваемого, а потом затащили в омут его самого?

Что же он сделал не так? Может, они решили, что он «озерная рыба»?

— Кроме того, старший, мне действительно неловко это говорить, но разве так сложно одолжить что-то, а после вернуть назад? Может быть, ты уже отдашь мне мой меч? Ты не подумай, я не жадный.

Будь у меня два таких, я бы обязательно прислал тебе один. Но этот меч действительно нужен мне.

— Мне очень жаль, но… — сказал Шэн Линъюань. Он хотел объясниться парой фраз, но его словарный запас современного китайского языка был очень ограничен. Он долго не мог правильно сформулировать предложение. Наконец, он ответил извиняющимся тоном. — Это мое.

Сюань Цзи потрясенно уставился на него.