Судьба бастарда

Всё здесь было просто и функционально: удобный рабочий стол, массивное кресло без лишних украшений, рядом большой стол для совещаний, а в углу стоял низкий столик с шахматной доской, где фигуры были расставлены, будто кто-то прервался в разгар партии. На столе императора лежало несколько бумаг, авторучка, карандаши – всё в порядке, отточено до минимализма.

Сделав пять строевых шагов от двери, я замер по центру кабинета и чётко произнёс:

– Здравия желаю, ваше императорское величество!

Император, сидевший за столом, поднялся и, подойдя ко мне почти вплотную, внимательно оглядел меня, его взгляд был пронизывающим, но одновременно мягким. Улыбнувшись, он произнёс:

– Похож… Похож, – он усмехнулся своим мыслям.

Затем он вернулся к своему столу, взял в руки альбом с нотами и, перелистывая его, сказал:

– Мне доложили, что идея такого необычного выступления на параде принадлежит тебе, юноша. И оба марша, которые прозвучали на параде, ты тоже написал сам. Верно?

– Так точно, ваше императорское величество, – ответил я, стараясь скрыть охватившее меня волнение.

Император кивнул, и его лицо озарилось тёплой улыбкой.

– Я также слышал, что это не единственные твои труды, – он похлопал по альбому. – Мне сообщили, что ты создал и эти мелодии. Верно?

– Так точно, ваше императорское величество. Это тоже моя работа, – подтвердил я.

Стоящий неподалёку герцог усмехнулся и добавил с лёгкой ноткой гордости:

– ваше величество, это ещё не всё. Шахматы, шашки, домино, бильярд, а также разборные чугунные печки, которые армия закупает в больших количествах, – всё это его изобретения.

Император удивлённо приподнял брови, а герцог продолжил:

– Даже эта авторучка, как я узнал буквально только что, – он кивнул на ручку, лежащую на краю стола, – это тоже его изобретение.

Император улыбнулся, посмотрев на меня с лёгким восхищением.

– Что ж, ты, Эрвин, явно одарённый юноша. Империя может гордиться такими подданными. А что касается маршей, они действительно впечатлили меня. Как, ты говоришь, называется первый?

– Кадетский марш, ваше величество, – ответил я.

Император на мгновение задумался, затем продолжил:

– А как называется второй?

– Пока никак, ваше императорское величество, я ещё не придумал названия.

Император поджал губы, словно обдумывая, затем его лицо озарилось идеей:

– Что ж, – он остановил на мне взгляд, – я предлагаю назвать его «Гвардейским маршем». И как шеф гвардейского полка прошу у тебя, юный автор, разрешения использовать его в качестве парадного марша для нашей гвардии.

Я почувствовал, как внутри у меня что-то ликующе дрогнуло. Ощущение гордости едва не захлестнуло меня, и, сдерживая волнение, я коротко кивнул:

– Для меня это великая честь, ваше императорское величество. Конечно, я согласен.