1
0– Кира, вы не голодны?
– Нет, а вы проголодались?
– Пока нет, а как насчет мороженого?
– О, с удовольствием.
– Вон там кафе. Называется «Аладдин». Зайдем?
Это было небольшое кафе, оформленное в стиле арабских сказок, с громадной лампой – какой же Аладдин без лампы? – и с видом на море. Мы с наслаждением уселись на открытой террасе. Нам тут же подали карточки.
– Котя, я полагаюсь на вас.
– В таком случае предлагаю фирменное мороженое «Аладдин».
– Оно же страшно дорогое!
– Пусть вас это не беспокоит. Решено, пробуем «Аладдина».
Подошла официантка, молоденькая девчонка.
Викентий шикарно, на иврите, сделал заказ.
– Аладдин, па маим1.
Пожав плечами, девица удалилась.
– Кира, хотите вина?
– Нет, ни в коем случае, меня развезет.
– Что с вами случилось, Кира?
– Со мной? Ровным счетом ничего.
– Неправда, я же чувствую, что вас что-то гнетет. Какие-то неприятности? Скажите мне, вы же видите, я вам друг.
– О Господи! – вырвалось у меня, когда официантка плюхнула на стол здоровенное корытце с «Аладдином». И столовую ложку. – Ничего себе! Но выглядит аппетитно.
– Терпение, Кира, сейчас она подаст вазочки, и мы попробуем этот шедевр!
Но вместо вазочек девица приволокла еще одно точно такое же корытце со столовой ложкой.
– Что это? – недоуменно спросил Жукентий.
– «Два Аладдина», – объяснила я, давясь от хохота.
Его тоже разобрал смех.
– Котя, как же мы это съедим?
– А вдруг это вообще гадость? – уже почти рыдал он.
Скандинавы, сидевшие за соседним столиком, смекнув, в чем дело, тоже расхохотались.
Я первой взяла себя в руки и попробовала злосчастного «Аладдина». Это было нечто волшебное! Сверху взбитые сливки с шоколадом, под ними разные фрукты и орехи, а внизу четыре сорта мороженого.
– Вкусно? – с опаской спросил Котя.
– Божественно! Но съесть это все равно нельзя!
– А куда нам спешить? О, и в самом деле вкусно!
– Кира, по-моему, съесть этого араба попросту дело чести!
К счастью, этот эпизод снял возникшее было напряжение. Мне стало опять уютно и весело. Тень Марата растворилась в солнечном воздухе Израиля.
– Все, больше не могу, – заявила я, откладывая ложку.
– Кира, вы позорно бежите с поля боя!
– Бегу. Еще ложка – и меня стошнит.
– Тогда и я из солидарности не стану доедать.
– Из солидарности? Да вы уже давно давитесь этим треклятым «Аладдином»!
– Что верно, то верно! Пошли отсюда, Кира, глаза бы мои на эту арабскую экзотику не глядели!
– Красиво, ничего не скажешь, почтенные немолодые люди обожрались мороженым, как какие-нибудь огольцы!
– Почему это мы немолодые? – возмутился Викентий. – Вы вообще молодая красавица…
– А я влюблен в молодую красавицу, причем с первого взгляда, следовательно, я тоже молодой.
– Молодой дедушка! – поддразнила я его.
