1
0Монк задумчиво наклонил голову.
– Десять штук сверху. Что же, конечно, подожду. Я знаю, где вас найти. А теперь изложите подробности. Известно, кого вы хотите убить, так что остается объяснить, когда, где и сколько она должна страдать.
Потрясенный до глубины души, Джон откашлялся, проглотил полстакана пива и прошептал:
– О Господи, нет! Я не хочу, чтобы она страдала. Несчастная и без этого достаточно натерпелась.
– Она смертельно больна, – пояснил Камерон. Джон кивнул:
– И никакой надежды. Не могу вынести ее мучений. Постоянная, бесконечная боль. Я… –Душевное смятение его было так велико, что он не мог продолжать.
Камерон немедленно пришел на выручку другу:
– Джон окончательно извелся, а когда стал подумывать о самоубийстве, мы решили, что нужно что-то делать.
Монк, завидев официантку, знаком велел ему помолчать. Та поставила на стол наполненные стаканы и сказала, что вернется через минуту принять заказ на ужин.
Дождавшись ее ухода, Монк тихо сказал:
– Послушайте, Джон, я не знал, что ваша жена больна. Похоже, я показался вам слишком равнодушным. Прошу прощения. Мне очень жаль.
– Настолько, чтобы сбавить цену? – оживилась Даллас.
– Нет, так далеко я не заходил.
– Так вы беретесь или нет? – нетерпеливо спросил Джон.
– Заманчивое предложение. Согласитесь, что я, в общем, делаю доброе дело, не так ли?
Он подробно расспросил о состоянии Кэтрин и о том, кто живет в доме. Пока Джон отвечал, Монк подался вперед и подложил ладони на стол. Тщательный маникюр, кожа гладкая, ни следа мозолей. Он смотрел прямо вперед, казалось, погруженный в собственные мысли, словно заранее составляя план действий.
Джон начертил схему расположения комнат, описал систему сигнализации и условия работы прислуги и стал напряженно ожидать новых вопросов.
– Итак, вечерами горничная уходит домой. Как насчет домоправительницы?
– Роза… Роза Винчетти… так ее зовут. Она остается до десяти все дни, кроме понедельника, когда я обычно прихожу домой пораньше, чтобы она могла уйти к шести.
– Какие-то друзья или родственники, о которых я Должен побеспокоиться?
Джон покачал головой:
– Кэтрин разогнала всех друзей много лет назад. Она не любит гостей. Смущается… из-за своего состояния.
– А как насчет родственников?
– Есть дядя и парочка кузенов, но она почти порвала с ними все связи. Называет их белой швалью. Дядюшка звонит раз в месяц. Она старается быть вежливой, но уже через несколько минут кладет трубку. Долгие разговоры ее утомляют.
– А он когда-нибудь забегает без приглашения?
– Нет. Они не виделись несколько лет. О нем можно не беспокоиться.
– Значит, и не буду, – подхватил Монк.
– Я не хочу, чтобы она страдала… то есть когда вы… это возможно?
– Разумеется, – заверил Монк.
