0
0– Да, понимаю, конечно, – ответил Альфред задумчиво, – но об этом еще меньше свидетельств, чем об экспериментах де Вилланова.
– Это точно! Лично я видел ее рукопись всего однажды, да и то мельком.
– Да, знаете ли, давно это было… Кажется, в каком-то монастыре на юге…
– Правда? Вы не рассказывали, что путешествовали по южным монастырям.
– Не то, чтобы я путешествовал… – рыжий вздохнул, – я ведь итальянец… А Италию я в молодости изрядно исколесил, да, знаете ли, – жизнь заставила.
– Вот как? Интересно будет как-нибудь послушать о ваших странствиях подробнее, – Альфред пытался держаться как можно естественнее.
– О, само собой! Когда все закончится, мы непременно поболтаем и об этом тоже! – рыжий клерк зажмурился, словно от боли, и закрыл лицо руками. Он сжимал лоб, словно пытаясь сдержать крик, способный вырваться из горла в любую минуту, а затем все как-то резко прошло, и, изумившись, Альфред увидел, что перед ним сидит Маркус.
– Вот это да! – ахнул Альфред и откинулся на стуле.
– Да, кажется, все закончилось! – с некоторым облегчением вздохнул Маркус и провел ладонью по лицу. – Да, но теперь давайте вернемся к «нашим баранам»…
– «Баранам»? – переспросил Альфред
– Ну, это такая английская поговорка… вы не слышали прежде? Что-то вроде «вернемся к нашим делам насущным»…
– Нет, не слышал. Так о чем вы желали бы поговорить? Что-то случилось, кроме удачного эксперимента с изменением внешности?
– В силу того, что я снова в деле, я хотел бы обсудить наши дальнейшие шаги. Во-первых, я думаю, больше нет смысла жить в моем теперешнем убежище. Изменяя внешность, я могу жить в любой гостинице или трактире, верно?
– Далее. Что нам известно о смерти бургомистра? Первое – он отправился на тот свет не по своей воле. Так?
Альфред как-то невнятно кивнул, и едва заметно пожал плечами.
– Но нам не совсем понятно, каким именно образом. Верно?
– Мы ведь вроде уже говорили насчет яда, правда, не совсем ясно какого именно. Вам удалось что-то разыскать? – спросил Альфред.
По лицу Маркуса пробежала едва заметная даже в полутьме легкая «тень»:
– Нет, я пока ничего с этим не выяснил. Но, я все-таки склоняюсь к тому, что это кураре.
– От кураре губы не чернеют. И не наблюдается подобного окоченения. Нет, это яд экзотический, каким, видимо, не столько убирают с дороги, сколько наказывают. Мы ведь уже говорили об этом. Вы забыли?– невозмутимо спросил Альфред.
– Ах, да, конечно. Я встречал кое-какие упоминания о ядах туземцев Новой Индии, они очень сложные по составу, но некоторые используются именно для наказания, ибо вызывают страшные муки.
