Аккадская формула

Дверь отворилась, и Сандра молча выступила за дверь. Не глядя на Альфреда, она прошла в гостиную, и лишь одним взглядом спросила, куда ей лечь. Альфред указал на линию, указующую на восток. Она молча легла и закрыла глаза. Ее била мелкая дрожь. Ей явно было еще более не по себе, чем Феррано. Она ощущала огромный букет самых неприятных чувств. Тут был и стыд и что-то вроде унижения, и какое-то разочарование в Альфреде, который не уберег ее от столь постыдной процедуры и многое другое, чего она уже даже и не пыталась понять.

Альфред подошел к камину и бросил в уже угасающий огонь несколько поленьев. Они тотчас запылали, и в комнате стало значительно светлее. Вскоре тихо вошел и Маркус. Кроме накидки на нем был венок из каких-то красных цветов. Он обошел каждого из участников, лежащих внутри круга. Он всякий раз вставал на колени, произносил незнакомую Альфреду молитву на арамейском, и оставлял какой-то предмет – возле каждого свой. Сандру он осыпал какими-то белыми, похожими на орхидеи цветами, рядом с Феррано он положил серебряную цепочку с мальтийским крестом, а подле Клавдии он положил пентакль, явно свинцовый и небольшую веточку сосны. Альфред арамейский почти не знал, и различал лишь последнюю фразу, которую он перевел для себя как «в добрый путь!». Затем Маркус тоже лег, и теперь уже Альфред обошел всех и зажег у ног каждого, начиная с Маркуса, по свече. Затем он сел и огляделся, тотчас отметив, что комната стала меняться почти сразу. Первое, что ему привиделось, будто огонь в камине и у каждой из свечей вдруг стал белым, а затем он почувствовал, что комната перед его глазами немного плывет…

Так продолжалось довольно неопределенное время, быть может, полчаса, а, возможно и все пять или шесть часов: точно сказать было совершенно невозможно. А затем, спустя это неопределенное время, все очнулись. Первым открыл глаза Феррано, затем Клавдия, после – Сандра и последним – Маркус. Альфред помог подняться каждому по очереди, начиная с Клавдии. Все молчали и лишь переглядывались, нисколько уже не смущаясь своей наготы и вообще всей странности происходящего.

– Прошу всех сесть, – попросил Альфред, и все участники, кроме самого Альфреда уселись в кресла.

– Насколько я понимаю, наш эксперимент удался, не так ли?

– Более, чем… – откликнулся Маркус.

– Прекрасно! Клавдия, как вы себя чувствуете, позвольте спросить?

– Удивительно… – ответила она довольно низким голосом.

– Ну, и отлично. Я более не стану всех вас задерживать, сейчас вы уйдете отдыхать. Завтра в два часа пополудни, мы снова встретимся здесь, и я прошу всех вас написать к этому времени небольшой отчет о своих впечатлениях, мыслях, в общем, напишите все, что посчитаете нужным, касательно эксперимента, который мы сумели произвести этой ночью.