Зодчий. Книга I

В Минске буду затемно, так что придётся переночевать где-то в городе, прежде чем двигаться дальше.

— Я никогда не видеть Европейскую Изньаньку, — вдруг сообщил барон.

— Изнанку, — не выдержал я такого произношения.

— Изнанку? — он радостно закивал, увидев моё одобрение. — Правда ли, что здьесь она другая?

— Конечно, барон. Здесь же призвали богов Изнанки. Тут, скажу я вам, Изнанка всем Изнанкам Изнанка.

— Оу, зовьите меня Билли, прошу вас! — взмолился Дигриаз.

— Красивая ледженд, — мечтательно вздохнул американец, посмотрев в окно. — Я хотел бы написать книгу о том, как скверна забирала правитель еуропьейских государств! Как демоны нашёптывали им нужньые слова призыва. Как Изнанка, — он с ожиданием посмотрел на меня и удовлетворённо кивнул… — забирала города, меняя их жительей. О… Жаль, но никто не будьет это читать.

— Хм… — снова многозначительно ответил я. У меня и так сегодня получилось чрезмерно много ненужной болтовни.

— Мой друг! — старательно произнёс барон, — а не позвольте ли вы мне сопровождать вас в этом путьешествии? Кльянусь, барон Дигриаз прекрасно владеет не только пером, но и клинком! Я кльянусь вам, что вы не пожалеете.

Я задумчиво посмотрел на писателя-американца. Станет ли мне хуже от такого спутника?

— Зачем вам это, Билли?

— Вы вдохновили менья, мой фре… друг. Истинный творец отдаст всьё длья того чтобы испытать это! Я чувствую ваша цель и она вондерфул!

От чего-то в нагрудном кармане его красной рубахи ощутимо фонило Эхом. Я заметил это ещё во время первого разговора. Мне показалось, будто бы там лежит сложенная бумажка, которая мне бы пригодилась. Стихи? Рисунки? У парня был талант, это совершенно точно. Возможно, непризнанный.

Но мне и не нужны шедевры. Для моих задач мне просто нужно сильное Эхо. Так что творец, постоянно находящийся под рукой это — хорошо. Вот только можно ли верить американцу? Они к нам сейчас, скорее, вассалы, чем противники. Но так ведь было не всегда.

— Знаете, Билли, почему бы и нет? — улыбнулся я писателю, и тот радостно хлопнул в ладоши.

— Одну минуту, май френд. Оу, просьтите, мой друг! Миша, да? Я схожу за моими вещьями!

Когда он вернулся с большой дорожной сумкой, то я посмотрел на неё с большим интересом. Эхо от неё исходило ощутимое. Вот бы это были рукописи!

— Послушайте, Билли, а вы не могли бы дать мне почитать что-нибудь из вашего?

Такие вопросы творцам лучше не задавать. Потому что уже через миг Дигриаз рылся в своей сумке, доставая листы бумаги, а затем закопался в них, то выдёргивая один, то другой, в сомнениях глядя на меня, на свои сочинения, и снова перекладывая.

Наконец мне в руки попала стопка листиков, от которых исходило очень мощное Эхо.

— Воть.