Развод. Начать сначала

Потому что именно с Тимуром я чувствую себя желанной, живой и счастливой. Сейчас я хочу его также, как и он меня…

И я знаю, что никогда не пожалею об этой ночи, и запомню ее навсегда.

Он другой и я с ним совсем другая. Иные поцелуи, смелые прикосновения и ласки, нежные слова и стоны, вкус кожи и запах, ритм. С ним все в тысячу раз острее и невероятнее, когда нарушаются запреты, падают преграды, а душа и тело жаждут одного - соединиться в нашем безумном и страстном танго, танце льда и пламени.

Звучит последний аккорд, и мы счастливые и обессиленные падаем в объятия друг друга. Тимур, как сытый кот, добившийся своего, притягивает меня к себе, и вот моя голова уже лежит на его плече, рука - на груди, а ногу он сам забросил на свое бедро. Обычный Тимур, привыкший все контролировать. Рядом с ним я чувствую себя беспомощной девчонкой, которую нужно учить и направлять. Тим гладит меня по волосам, а я поднимаю голову и смотрю на него, чтобы запомнить этот момент и этого мужчину. Волевой подбородок, щетина, пульсирующая вена на шее, к которой так и хочется припасть губами…что я и делаю.

-Неужели не устала? - довольно улыбается.

-Просто сиюминутный порыв, - пробегаюсь пальчиками по его горлу, задеваю кадык.

-Ты знаешь, что инициатива наказуема? - звучит, как угроза.

-Так накажи меня, - шепчу я, не узнавая ни себя, ни собственного голоса. Где та примерная, скромная Диана?

Одним резким движением, он переворачивается и нависает надо мной. Я смеюсь, обнимаю его за шею и смотрю прямо в глаза, в которых помимо желания и страсти плещется что-то еще, о чем я даже думать боюсь.

-Сама напросилась, - рычит Тимур и впивается в опухшие от поцелуев губы.

Он снова рвется в бой, увлекая меня за собой. А в мыслях моих только несколько слов: “Мой мужчина”. Как же здорово это звучит!

-Ну а теперь, рассказывай. Почему говорил, что не умеешь танцевать. Соврал?- начинаю допрос, сев за стол на кухне.

Никогда не любила надевать мужские вещи, но сейчас пришлось. Тимур выдал мне свою футболку, которая хотя бы прикрывает мои прелести, а то было бы совсем стыдно.

Я похозяйничала у Тима и переложила еду из ресторана в тарелки, которых у него не так уже много. И вообще в квартире все так стерильно чисто, что даже немного страшно. В холостяцкой берлоге минимум мебели и вещей, в ванной (а я уже проверила) только один шампунь, гель для душа, зубная паста и щетка. Ни намека на женские штучки, которые могла случайно оставить какая-нибудь особа.

И только две семейные фотографии на стеллаже с книгами говорят о том, что хозяин квартиры очень трепетно относится к родным. На одной из них улыбались четверо: Тимур, Лина и видимо, их родители. На другой - Тим и Лина, только моложе обнимали седую женщину.