2
0И омолодить пожилых, раз это возможно.
– Принимаю приказ к исполнению, – привычно отозвался Мегамозг.
В этой совершенно пустой комнате я еще задержалась. Нервно гладила свои непривычно шелковистые локоны, чувствуя в душе усталость, моральное опустошение от пережитого ужаса. Осваивалась с новыми знаниями о пришельцах и пугающей мыслью о всевластии. Я ощущала себя измененной не только внешне, но и внутренне. Особенно беспокоило присутствие чужого сознания в голове, это ощущение не проходило. Но пол больше не щекотал голые пятки током, еще я четко знала, что и где расположено в этой комнате, пусть и скрытое за белыми одинаковыми панелями.
Пробуя свои возможности, точнее, выясняя их особенности и нюансы, силой мысли приказала двери открыться. Вдруг да получится стать мастер-ключом для всех закрытых для нас дверей?! Но уже в следующую секунду, когда створки разъехались в стороны, ко мне ворвалось сразу несколько мужчин и Улька. Я легко могла представить, что именно они ожидали увидеть, поэтому поняла, почему все резко замерли, будто на стену напоролись. Среди белоснежного «великолепия» красовалась я, в голубой пижаме, босиком и вся такая обновленно красивая с выпирающими и упругими сись… грудью.
– Ирка? Гладышева?! – удивленно крикнула подруга, словно не узнала сразу. – Ира, ты живая!
Схватившись за сердце, всхлипнув, подруга повисла на мне. Я обнимала ее, успокаивающе похлопывала по спине и с натянутой, извиняющейся улыбкой смотрела на мужчин, которые подозрительно рассматривали меня. Живую!
Вот так вот и встречают героев, совершивших подвиг во благо остальных.
– Все, смертей больше не будет! – торжественно пообещала я, считая, что подарила всем надежду.
– Ты добилась своего и больше не будешь никого убивать? – неожиданно мрачно спросил Кроули.
Я испуганно застыла, пару раз моргнула, глядя на капитана, который сжимал в руке нож. В поисках поддержки огляделась, но все остальные вместе со мной были крайне удивлены обвинением в мой адрес.
– Ты серьезно? – прошептала я, вдруг поняв, как опасно бывает даже среди своих. Среди тех, кто, я думала, поймут и защитят. И тут, словно очнувшись, Улька вскинулась на Кроули:
– С ума сошел? Ты подумал, в чем ее обвинил?
– Как еще понимать ее слова? Она единственная выжила в этой комнате!
Дерек вышел вперед и заслонил меня от коллеги:
– Ее вина в том, что она выжила? Майкл, не глупи.
– Оно есть у многих, просто никто этого не афиширует, – оправдывался капитан.
А я переваривала обвинение в убийствах. И от кого? От своих же! Как обидно и больно.
– У меня нет, – пожал плечами Сандерс.
