Потом Мегамозг добавил нам спальных мест, и засыпали мы хоть немножко примирившимися с реальностью и с отчаянной надеждой на будущее.
Зеленая-зеленая листва! Будто я вновь на Земле, в густом лесу или заросшем парке. Только ветерка нет, да свет белым маревом льется с потолка, но мне и этого хватило, чтобы довольно и счастливо улыбаться во весь рот! Я медленно огляделась вокруг и восхищенно замерла – увидела Тино-фея среди высоких изумрудных растений, почему-то обнаженного. И выглядел он топ-моделью с обложки глянцевого журнала, рекламирующей райский курортный уголок.
Я скользила взглядом по великолепному тренированному телу феранца, любуясь скульптурно-рельефным прессом с четкими кубиками, широкими плечами, крепкой шеей, отмечая, что полоски жабр, выдающие в нем инопланетянина, прикрыты волосами. Тино-фей так похож на землянина, зеленоглазого искусителя с какой-то незнакомой, порочной, призывной улыбкой. Еще и пальцем поманил, настойчиво подзывая.
Густая листва скрывала Тино-фея ниже пояса и будоражила мое воображение: он обнажен полностью или нет? Чего ему стесняться, наоборот, он будто специально предстал передо мной как Адам перед Евой в райском саду.
Тино-фей не отпускал мой взгляд, поймал в капкан мужского магнетизма, затем медленно поднес к губам фрукт и надкусил, словно нежно поцеловал.
Я шагнула к нему в объятия. Прижав к себе, он с восторгом закружил меня. Хотелось кричать и смеяться, я обхватила крепкую мужскую шею и потянулась к его губам.
Обнаженные, разгоряченные, мы каким-то образом оказались в кровати. Я остро ощущала, как тянет низ живота в ожидании соития. Я сидела на Тино-фее, как царица ночи, голая, свободная, с жадностью вглядывалась ему в лицо, обводила пальчиком его брови, скулы, касалась губ, медленно склонялась за поцелуем.










