Проехали еще метров сто, и Гладкий дал знак остановиться.
– Сейчас выходим все! Кроме водителя. Мы с товарищем генералом идем впереди. Вы метрах в десяти позади, – продолжил он.
Выдвинулись в указанном порядке по раскисшей осенней земле вдоль колеи к лесу.
– Стой! – раздалась негромкая команда из разросшегося по опушке подлеска, когда до него осталось метров пятнадцать. Человека, отдавшего приказ, они рассмотреть не смогли. Голос как бы шел из ниоткуда.
– Генерал-майор Ракутин! Вызовите старшего!
Ждать пришлось минут десять. Появился лейтенант пограничник в сопровождении автоматчика.
После представления друг другу Дегтярев, не откладывая в долгий ящик, заявил Ракутину и Воистинову о необходимости ехать в Москву. Немедленно!
Воистинов был готов к такому повороту, поэтому, поставив задачу своему подчиненному и забрав чемодан из палатки, через десять минут подошел к ожидающей его машине.
Генерала попросили сесть впереди, после чего, подняв между передними сиденьями и остальным салоном тонированное стекло, всю обратную дорогу расспрашивали майора госбезопасности.
Заехали к Трофимовым. Дегтярев отзвонился руководству и получил приказ немедленно выезжать в Москву. Отказавшись от ужина и забрав старшину, в районе восемнадцати часов выехали. По договоренности, семья Гладких должна была уехать в Удельную, где они жили, завтра утром. Дегтярев предупредил, чтобы Андрей держал телефон при себе, наверняка и его вызовут.










