Сейчас почти все танки уже восстановили.
– А еще говорят, тут у вас немецкая авиация не летает. И вправду, последние два дня самолетов немецких почти не видели.
– Ну, это заслуга союзников. Тут для немцев бесполетная зона. Единицы летают, но чтобы полноценный налет организовать – даже не пытаются. Летчики сорок третьей дивизии хорошо работают. Да и мы сами огрызаться умеем. У меня в дивизии сто пятьдесят шесть зенитных установок калибром от 14,5 до 85 мм.
– М-да…Чудеса! Чего ж так не воевать? А у меня за эту операцию почти все танки истратились. Две бригады танковых, но только на бумаге.
– А что мне говорить? Командир сводной группы – генерал-майор Додонов. Он же и хозяин здесь.
– Ну, не прибедняйся, полковник. Неспроста тебя на корпус поставили. Считай, как минимум генерал-майорская должность. Значит, имеют там, – Еременко ткнул пальцем в направлении потолка, – на тебя виды. Хотя… сейчас такие времена…
Еременко закряхтел, поудобнее устраивая раненую ногу.
– Такие времена, что полковники корпусами рулят, а генерал-полковники на должности командармов падают.
– Корпус боеспособен. Потери, конечно, имеются, но в целом воевать можно. Танков тоже негусто, но на одну бригаду набирается. Почти. Готов выполнить приказ!
– Я к чему спрашиваю? Вы ж понимаете мое положение? Совсем мне не с руки было просить помощи, но и не попросить и не выполнить задачу – это… В общем, останется только ехать в тыл и писать мемуары с жалобами на судьбу.
За разговором колонна доехала до штаба дивизии, а теперь сводной группы. Штаб располагался в большом бункере, предназначенном как раз для управления обороной УРа.










![Проказник в изумрудах [Изумруды на завтрак]](/uploads/posts/images/1/prokaznik-v-izumrudakh-izumrudy-na-zavtrak.jpg)