4
0Прикусила губу, чувствуя, как к глазам подбираются слезы. Потому что я так ничего и не вспомнила.
Но слезы все-таки победили боль и потекли из глаз, поэтому я отвернулась от Кирона, подставляя лицо вечернему ветру, чтобы тот скорее их осушил. Сама же пыталась побороть приступ отчаяния и предательские мысли о том, что я так и останусь без ничего.
Вернее, что у меня не получится ничего вспомнить и я буду жить дальше, понимая, что родилась в тот самый момент, когда очнулась от магического сна в роскошных покоях королевского дворца.
Моргая, принялась смотреть, как увозят последние глыбы на плоскодонных лодках, а еще несколько крутятся возле мест, где уже возводили новые опоры. Место для одной из них уже было огорожено плотно прилегающими друг к другу бревнами, вода внутри откачана, а дно залито цементирующим раствором. Такую же опору возводили неподалеку, а еще целая бригада строителей — человек двадцать — разгружали привезенные бревна, складывая их в аккуратные ряды на берегу.
На это я подумала отстраненно, что работа кипит, хотя уже близился вечер.
Тут Кирон, похоже, не выдержал моего молчания. Развернул меня к себе и уставился мне в глаза.
— Я так ничего и не вспомнила, — вновь сказала ему. — Ничего, Кирон! — и в моем голосе все-таки прозвучало отчаяние, хотя я всеми силами пыталась держать себя в руках.
— Знаю! — отозвался он. — Но я уже тебе говорил, что для меня это ничего не меняет.
— Зато для меня меняет, — пожала я плечами, чувствуя, как к глазам снова подбираются слезы. — Что я буду делать, если память так ко мне и не вернется?!
— Ты будешь с этим жить, — произнес он спокойно. — И еще, ты будешь жить со мной.
— Кирон!.. — выдохнула я, но он не собирался останавливаться.
— Сначала мне казалось, что здесь будет не самое лучшее место для признаний, но теперь, глядя на тебя, я думаю, что без небольшого признания нам не обойтись. По крайней мере, мне не помешает потренироваться, а тебе — перестать думать об одном и задуматься о другом.
— О чем же мне надо задуматься? — спросила я негромко.
— Попробуй для разнообразия подумать обо мне.
— Я и так о тебе все время думаю, — отозвалась я негромко. — Быть может, не показываю, но это так!
На это Кирон кивнул, после чего заявил, что теперь настало время для того самого признания.
— Мой брат с самого начала отбора терзался в догадках, кто из двадцати девяти прибывших на отбор девушек станет его женой…
— Но почему двадцати девяти? — все же растерялась я. — Нас ведь было тридцать.
— Двадцать девять, потому что одна из них в отборе не участвовала с того самого момента, как ее увидел я. То есть я увидел тебя, Шерри! Ты сидела на софе, очень бледная, даже зеленая. Как раз ей под цвет.
— Отличное признание! — похвалила его. — Звучит очень романтично.
