4
0— Я давно уже хотела у вас об этом расспросить, Роланд! Слышала много раз, но все еще теряюсь в догадках. Расскажите мне, что произошло после обрушения моста. Вернее, как именно я спасла вам жизнь?
Потому что, уверена, все ответы на мои вопросы были на Мосту Роз.
Принц склонил голову.
— Мост Роз… — произнес он задумчиво. — Ну что же, твоя просьба закономерна. Правда, я мало что помню, но в памяти отложился момент, когда мост начал рушиться и я отчетливо осознал, что ничего не могу с этим поделать.
Сказав это, принц поднес бокал к губам и осушил его почти наполовину.
— Никто и ничего не мог с этим поделать, — отозвалась я.
Мне захотелось притронуться к его рукаву — исключительно, чтобы поддержать, — но я сдержала свой порыв.
— Затем мостовая полетела вниз, и я вместе с ней. После этого был удар, который надолго вышиб из меня дух.
Роланд страдальчески поморщился — похоже, воспоминания были не самыми приятными, и я тут же мысленно себя похвалила. Молодец, Шерри, сказала себе, отличное у нас получается свидание!
— Простите, ваше высочество! Я задала этот вопрос, не подумав. Мне вовсе не хотелось вас расстраивать…
— Нет же, Шерри, ты права, — похоже, Роланд сам не заметил, как он перешел на «ты», но я нисколько не была против. — Мне стоило рассказать тебе об этом сразу же, потому что ты должна знать. Когда я окончательно пришел в себя, то понял, что вокруг меня люди… Они были живы, Шерри! Я слышал крики и стоны, но для меня все происходило словно в тумане. К тому же мост продолжал рушиться, сверху на нас летели каменные глыбы, и это добавляло криков ужаса…
— Мне очень жаль, — вновь повторила я, — что заставила вас об этом вспоминать.
— Нас, Годдартов, воспоминаниями не сломить, — пожал он плечами. — Все, что нас не убивает, делает только сильнее. Так вот, Шерри, я все-таки пришел в себя и попытался подняться, но у меня не получилось. Я не мог пошевелиться, потому что меня придавило каменной глыбой. Наконец, мне удалось высвободить руку. Левую. — Он посмотрел на свою руку, в которой держал бокал с вином. — Она была сломана в нескольких местах, так что воспользоваться магией, чтобы убрать или испепелить глыбу, я был не в состоянии. Правую руку я и вовсе не чувствовал. С тех пор прошла уже неделя, а я все еще ощущаю в ней онемение. Норвей уверяет, что чувствительность уже скоро вернется, но пока что мне приходится переучиваться держать меч левой рукой.
— Мне очень жаль! — вновь повторила я.
Принц пожал плечами.
— Все уже закончилось, Шерри! Главное, что мы живы.
— Вы правы, ваше… Роланд! — поправила я себя.
— Именно тогда, Шерри, — мне казалось, что ему нравится произносить мое имя, — я его и увидел.
— Того самого убийцу. Правда, мне не удалось хорошо его разглядеть.
