4
0Василиск рявкнул недовольно, окинув нас презрительным взглядом. Затем свернулся в кубок, поворачиваясь к нам шипастым боком, наглухо закрыв от меня свой разум.
Впрочем, я прекрасно понимала, что на этом все. Наш контакт разорван, и пытаться восстановить его в ближайшее время нет никакого смысла — момент был безнадежно упущен.
К тому же мне бы все равно не позволили — неугомонные Ворсли тут же принялись ссориться с Моррисом, порядком меня отвлекая. Признаюсь, я не поняла причины, но, кажется, этой троице она и не была нужна.
— Мы получили от вас весточку, леди Макнейл! — сообщил мне Фергус, когда я, мысленно попрощавшись с василиском, отвернулась от клетки. — Вы прислали нам записку, но этот проныра-слуга захотел прочесть ее сам! Но мы ему не позволили.
— Я уже знаю о судьбе моей записки, — вздохнув, сказала им. — Но раз вы меня нашли, то давайте уже пойдем на конюшню!
Я шагала, чувствуя, как одно мое ухо напекало солнце, от которого не могли защитить поля шляпки, а во второе вываливали свои новости братья Ворсли. А еще косилась на улыбающегося Вильфреда Морриса — он казался мне вполне довольным собой, и я прекрасно понимала причину его радости.
Потому что он снова одержал победу.
Добился того, чего хотел.
Что бы ни произошло на конюшне — вернее, даже если лошадь Шерридан Макнейл примется выказывать ко мне всяческое расположение, признав своей хозяйкой, — это подтверждало лишь одно.
Оценку «отлично» в табеле Чариз Моррис по зоомагии и лучшую курсовую работу по этому предмету за последние пять лет.
Потому что у нее были к этому способности.
К тому же мне стала понятна природа моего контакта со змеями — Чариз Моррис могла поладить с любым животным, как магической, так и не магической природы.
Тут Вильфред заговорил, подтверждая мои домыслы.
— Ты с раннего детства находила общий язык со зверьем, и наш дом был полон собак, кошек, лягушек и змей. Когда ты выросла, ничего не изменилось, Шерри! Ты всегда могла поладить с любой живностью, и северные братья тому подтверждение.
На это я закатила глаза, а Ворсли переглянулись, не совсем понимая, пора ли им начинать убивать Вильфреда Морриса или же все-таки стоит повременить.
Я посоветовала им повременить, после чего мы наконец-таки добрались до конюшен — несколько длинных каменных построек высились друг за другом. Место для Арабеллы, лошади Шерридан Макнейл, нашлось во второй, и уже очень скоро я стояла в просторным деннике, разглядывая белоснежную великолепную лошадь.
В груди что-то шевельнулось, но я не позволила этому чувству себя обмануть.
Нет же, сказала себе, это больше ничего не значит.
