4
0— Было бы куда сподручнее, если бы Шерри оказалась Ашерой, — кивнул Роланд. — Это значительно облегчило бы нашу жизнь. Но все в руках Богов, брат мой!
— Главное, чтобы это было в руках нужных Богов, — отозвался Кирон.
Роланд прекрасно понимал, на что намекал брат. Нет, дело было вовсе не в различиях их веры с шиалорской, а в собственных проблемах Ангора. Церковный раскол зрел давно — еще одна из череды бесконечных проблем, которые появились с болезнью отца и множились с каждым днем.
Но говорить об этом Роланд не хотел — разговор мог вылиться в многочасовое обсуждение, а он собирался немного поспать.
— С северянами, конечно, тоже не все прошло как по маслу? — поинтересовался он.
— Ты ни в чем не ошибся, — усмехнулся Кирон. — Обыски ничего не дали, кроме того, что несколько особо ретивых загремели в темницу. За сопротивление властям.
— Значит, сопротивлялись… И в чем же на этот раз была причина?
— Скорее, недовольство тем фактом, что Годдарты потеряли сестру Наместника Макнейла. Это тоже вышло за пределы дворца, и они не побоялись нас в этом упрекнуть. Причем с оружием в руках. Ты же их знаешь!
Роланд знал, и это было еще одной их проблемой. В Ангоре пропала сестра Наместника — по мнению северян, конечно же, потеряли ее именно они.
Сам Роланд лично и потерял. Одно из чудовищ-Годдартов, так называли его за глаза на севере.
Это могло ускорить бунт. Договор Согласия подходил к концу, и Север застыл на грани. Суверенитет, дарованный его дедом, чтобы удержать свои территории от притязаний Клаймора, пришелся северянам по вкусу, и они могли не вернуться в Ангор.
К тому же в последние годы, когда болезнь отца начала прогрессировать, он принял слишком много неверных решений, направленных против Севера. Те могли взбунтоваться в любой момент, признав власть молодого и харизматичного Филиппа Макнейла.
Отец, конечно же, ничего не хотел об этом слышать. Максвелл многозначительно молчал, хотя дураком он не был. О нет, он далеко не был дураком, давно уже строя собственные планы!..
— Все же налей себе, — сказал Роланд, сделав еще один глоток. Потом, подумав, осушил бокал до конца — шестой! — и снова потянулся за бутылкой. — Думаю, нам с тобой не помешает выпить.
— Пожалуй, не стану, — хмуро отозвался Кирон. — И что же Максвелл говорит по этому поводу?
— Делает вид, что его это не касается. Но я все-таки воззвал к его разуму, — усмехнулся Роланд, — хотя куда больше мне хотелось схватить его за бороду и приложить об стол, чтобы стереть высокомерное выражение с его лица.
Но они знали, что еще не время. Слишком рано — они пока еще не были готовы выступить против Максвелла в открытую. Заполучив контроль над отцом, тот оставался в намного более сильной позиции.
