3
0Я бежала туда… мчалась изо всех сил, подхватив джалабею, спотыкаясь и выворачивая ноги.
А внутри все сжималось сильнее и сильнее… Я не видела впереди никого. Только песок вихрями закручивался и носился по пустоши. По мере того, как я приближалась к тому месту, где Аднан оставил своих людей и увез меня за барханы, я начала различать впереди тела… разбросанные в неестественных позах по песку. И моя кровь превращалась в жидкий азот, я еле передвигала ноги замирая от дикого, первобытного ужаса и понимания, что здесь нет живых… Полумертвая от отчаяния я бродила между телами и искала его. Пока не заметила вдалеке у огромного камня, лежащим на спине с раскинутыми в стороны руками.
— Аднан… — позвала вначале очень тихо, а потом заорала, что есть мочи, — Аднаааан.
Бросилась к нему, не чувствуя ног, не чувствуя свое тело совершенно. Вся джалабея была залита его кровью, как и штаны. Я видела раны сквозь прорези в ткани. Его исполосовали ножом. Вся штанина пропиталась кровью, и она затекла на песок, сворачиваясь в нем жуткими узорами.
Упала на колени в песок и наклонилась к его лицу, схватила за плечи:
— Аднаааан, — тряхнула несколько раз, всматриваясь и не желая верить, что не слышит. Я сжала его руку, сдавила так, что у меня заболели пальцы.
— Аднан… ты слышишь меня? Я здесь. Чувствуешь меня? Это я… я.
Уронила голову ему на грудь, прислушиваясь, бьется ли сердце, и услышала слабые удары, снова посмотрела в бледное, окровавленное лицо и от счастья, что еще жив, зарыдала короткими стонами, задыхаясь в первобытном ужасе и в то же время в надежде. Я задрала его джалабею, осматривая раны. Нет, я ничего в них не понимала, совершенно ничего, потом опустила взгляд вниз на рану в ноге — она сильно кровоточила, и я вспомнила, что надо зажать артерию, чтобы остановить кровотечение. Стянула с головы хиджаб, подняла с песка нож Аднана и разрезала ее на полосы. Затянула ногу ближе к паху, разрезала штанину и сильно забинтовала рану, пачкаясь его кровью и сходя с ума от страха и отчаяния. А дальше что? Что мне делать дальше?
Вокруг одни пески и ни души.
""Я уйду отсюда, когда ты уедешь… уйду далеко на юг за каньон. Там есть у меня маленькое убежище между тремя горами. Если когда-нибудь окажешься в Долине, и я буду тебе нужна, ищи меня там"".
Снова осмотрелась по сторонам. Если бы еще знать куда идти, если бы разбираться в этом. Вспомнилось, как она уходила в желтый песчаный туман, когда я сидела в седле Рифата и махала ей вслед рукой. Она шла в противоположную сторону от могилы нашего сына. Шла вглубь пустыни. Значит, и мне… мне придется тащить его туда. Тащить самой через пески.
Я посмотрела на Аднана и тихо всхлипнула, понимая, что это практически невозможно. А потом стиснула челюсти. Для человека нет ничего невозможного. Я попробую.
