13
0
Анализировать долго нет смысла, потому что ответ очевиден – моя жена-умница, которая живет по принципу «Обдумать, обговорить, реализовать», просто пытается закончить наши пятилетние отношения таким образом, чтобы я сам бросил ее, и она не испытывала бы за это чувство вины. Потому что чего Ксюша не любит – так это выводящих из колеи негативных эмоций, мешающих ей творить.
Притормаживаю у обочины, потому что перед глазами все расплывается. Не могу поверить, что до этого дошло. Я думал, что она может бросить меня из-за моих поступков и лжи, отказа иметь детей, в конце концов, потому что Ксюша пока хоть и не настаивала, но пыталась осторожно подвести меня к тому, чтобы передумать.
А кстати, в чем причина? Банально разлюбила, страсть прошла, или она встретила кого-то другого? Во рту образуется горечь при этой мысли. Я не могу и не хочу представлять ее с другим. Она – моя. Моя жена, с которой я планировал провести всю жизнь, до самой старости и смерти. Женщина, которая настолько совершенна, что рядом с ней меркнет любая другая.
Я как никогда рад, что не стал посвящать ее в ту часть своей жизни, которую скрываю столько лет. Потому что это послужило бы для Ксюши дополнительным поводом, рычагом воздействия. Но играть в ее извращенные игры разума тоже больше не собираюсь. Сегодня нам придется поговорить откровенно – хочет она того или нет. И к утру будет ясно, конец это или переломный момент в нашем браке.
Возвращаюсь домой во втором часу ночи. Ксюша сидит на подвесных качелях в закрытой лоджии и любуется видом ночного города.
– Ксюш, – тихо окликаю жену, и она вздрагивает, поднимая на меня заплаканные глаза. – Поговорим?
– Значит, все-таки изменяешь, – с обреченностью в голосе констатирует она, снова выводя меня из равновесия.
– Не надо, – сквозь зубы цежу я. - Никаких измен, помнишь? Разве мы не договорились? Если появится интерес к кому-то еще, прежде признаться, чем обманывать за спиной. Я свое слово держу.
– Не уверена, что могу верить тебе, – качает головой блондиночка.
- Может, просто не хочешь? – не могу скрыть горькую усмешку. – Гораздо проще разорвать наши отношения, если вина будет лежать на мне.
– О чем это ты? – округляет глаза она.
Мне надоели эти игры в угадайку. Я ехал, морально готовясь к тому, что эта ночь может оказаться последней для нашего брака, так что не собираюсь отступать, трусливо разрешая ей замять все сейчас, только чтобы продолжить иметь мне мозг, чтобы я сделал последний шаг в итоге.
