13
0Выгнал беременную из дома, поверил в измену, не признавал собственного ребенка, не давал видеться с дочерью. Но они смогли перешагнуть причиненную друг другу боль, справились.
А что мы? Неужели мы слабее? Или наша любовь не так сильна? Почему мы не стараемся даже понять друг друга? Что же мы делаем…
Беременность творит со мной странные вещи. Я становлюсь излишне мягкой, сентиментальной и плаксивой. Слезинка срывается из уголка глаза и стремится вниз по щеке. Так жаль себя, жаль наше прошлое с Глебом. Мне так не хватает его рук, его губ, наших объятий, нашей близости – не столько телесной, сколько душевной.
Он отец моего ребенка. Разве честно скрывать это? Неужели я буду мстить ему за то, что он умолчал о своей тайне? После разговора с Никитой я еще больше усомнилась в целесообразности своих действий.
Совсем запуталась и не знаю, как лучше, как правильнее. Никогда я не плыла по течению, но сейчас делаю именно это, позволяя обстоятельствам руководить мною. Это не взрослое поведение.
– Извини, я отойду, – обращается ко мне Эля, мягко кладя руку на мою ладонь и сжимая ее со страдальческим выражением лица. – Прости, я не могла не пригласить Глеба. Когда-то я была почти на его месте, в стороне от всех, да и не думаю я, что у вас все кончено. Надеюсь, ты не будешь убегать от него и прятаться за детей, – посмеиваясь, отпускает она шутку, и я улыбаюсь в ответ, покраснев от смущения и представив, как я делала бы это.
Бросаю мимолетный взгляд на детей, и меня охватывает странное чувство. Узнавание. Возле батута стоит женщина, мне виден лишь ее профиль. Но почему-то он кажется мне знакомым. Пытаюсь напрячь память, но не выуживаю пока из закромов конкретное воспоминание. Мало ли, вдруг я просто видела ее в городе или в бизнес-центре, где располагается мой офис. Как будто напоминая о нем, звонит Лера.
– Да? – беру трубку, наблюдая, как Никита здоровается за руку с Глебом и Демидом.
В лицо бросается краска смущения. Как же я сейчас благодарна Никите, что он расставил все точки над «i» и потребовал честности. Задуманная мной игра в пару затянулась слишком надолго и ни к чему бы не привела. Однако Глеб все равно считает его моим новым мужчиной. Я даже издалека вижу, как он напряжен, как зло цедит что-то сквозь зубы, отчего на лице Никиты появляется немного растерянная улыбка, скрывающая за собой неловкость. Меня настолько увлекает это наблюдение, что я даже не сразу вспоминаю, что Лера на линии.
