13
0Я дико соскучился по ней, поэтому решил наплевать на план «Дай ей побыть одной» и сразу же после прилета домой направился к ее офису.
Пять часов вечера, но я знаю, что она не уходит раньше шести. Помнится, раньше Ксюша редко засиживалась до конца официального рабочего дня, именно поэтому и работала сама на себя, но с момента ухода от меня ее расписание изменилось. Она теперь часто перерабатывает, уходя домой к восьми, а то и к девяти, что не может не беспокоить.
Приехав на место, я поднимаюсь на нужный этаж и, зайдя в ее приемную, вижу, что помощницы на месте нет. Подхожу к кабинету Ксюши и стучу в дверь, слыша, как она просит зайти.
Черт, от волнения даже дыхание спирает. Словно я не к своей жене пришел, а через минное поле собираюсь пройти. Открываю дверь и захожу внутрь, плотно закрывая ее за собой. Ксюша поднимает взгляд от компьютера и, увидев меня, начинает хмуриться.
Но до чего же она, блин, красивая! Волосы собраны в пучок с помощью воткнутого в него карандаша, одна волнистая прядь падает на щеку, а недовольно поджатые губы давно потеряли намек на помаду, что мне больше нравится, ведь тогда я не чувствую ее вкус во время поцелуев.
– Зачем пришел? – приподняв бровь, холодно спрашивает она, всем своим видом показывая, что визиту не рада.
– Соскучился, – отвечаю не думая. – Привет, Ксюш.
Видимо, я сказал что-то не то, потому что мои слова действуют на нее как триггер, и она из холодной язвы превращается вдруг в разъяренную гарпию.
– Привет?! – шипит, отталкиваясь от офисного кресла на колесиках и шагая в мою сторону, словно подкрадывающаяся к жертве пантера. – Соскучился, значит? Ты соскучился, Глеб?!
– Да, соскучился, – отвечаю с вызовом, чувствуя, как кровь быстрее бежит по венам.
Она наконец-то показывает мне эмоции. Не прячется за стеной безразличия. И хоть это сейчас злость, но она намного лучше того холода, что царил в ее глазах последние несколько месяцев.
Ксюша проходит мимо меня, прямо к двери, и распахивает ее настежь, указывая пальцем в коридор.
– Уходи отсюда! – требует она, прожигая меня злющим взглядом. – Вон!
– Я не уйду.
– Уйдешь! – возмущается блондиночка, топая ногой. – Я сказала тебе уйти! Как ты только посмел сюда явиться после того, как…
Она осекается, едва проглотив слова, и я с любопытством смотрю на нее, замечая мелькающую на лице неуверенность.
– После того как что? Давай, Ксюш, скажи, за что я провинился на этот раз."
"– Как ты смеешь?! – зажигается в ее глазах снова этот огонь ярости. – Ты еще и претензии мне тут выставляешь? Мол, давай, скажи, что я еще натворил, а то достала уже своими упреками! Разве мало того, что ты уже сделал, Глеб? Или мне освежить тебе память? Если ты забыл, то пожалуйста, с удовольствием перечислю все твои прегрешения.
