0
0— Так ты выйди на улицы Архангельска, — усмехнулся Лабладут. — Каждый второй бродяга про меня знает. И очень, кстати говоря, чтит.
Я на пару секунд завис, и с удивлением смотрел на эту, пусть и молодую, но всё же божественную сущность. Затем перевел взгляд на девочку, и кажется, я догадываюсь, почему она сюда его привела.
— А она что? — кивнул на нее. — Тоже из твоих?
— Ну, не совсем… — замялся он.
— Странно… — нахмурился я. — Дитя, не расскажешь мне о вашей с Лабладутом встрече?
— Ой, да чего там рассказывать? — вмешался Лабладут. — Я занимался своими всякими великими божественными делами, она подошла ко мне и предложила пойти в услужение, — махнул он рукой. — Всё, как обычно! — мелкий оперся на чайную кружку и скрестил руки на груди. Тогда как девочка опустила взгляд.
— А ну помолчи, — шикнул на него. — Дитя, скажи честно, как ты его нашла? — я повернулся к ней, и Лабладут сразу начал показывать девочке жесты, чтобы она ничего не говорила. За что божество получило от меня щелбан.
— Эй! — он отлетел назад и схватился за голову, после чего поднялся на ноги и, уперев руки в бока, пошел ко мне важной походкой. — А ну не смей бить великую сущность! А не то… — договорить он не успел, так как получил еще один щелбан, и кубарем покатился по столу. — Ладно, великая сущность помолчит! — прокряхтел Лабладут.
Девочка всё также не могла поднять взгляд, и мялась с ноги на ногу.
— Говори, всё нормально! Великая сущность лежит, — улыбнулся я.
— Я встретила его, когда он дрался с кошкой, — неуверенно проговорила та.
— На минуточку, — Лабладут привстал и важно поднял палец вверх, — не дрался, а почти побеждал!
Девочка опять опустила в голову, а я рассмеялся.
— Может, называть тебя великим и ужасным? Тебе подойдет такое прозвище! — великая сущность обиженно скрестила руки на груди и отвернулась. — Ладно, Лабладут. Вот ты пришел сюда. И чего ты хочешь?
— Ты меня создал, так что и ответственность на тебе, — пожал он плечами.
— Это не ответ на вопрос.
— Если по существу, то для начала я бы пожрал, — кивнул Лабладут. — На данный момент, это главный пункт в моем плане.
— Это дурдом какой-то, — закрыл я ладонями лицо. — Вика, нам с тобой нужно закончить разговор насчет самолета. А этого сейчас заберут, с ним позже побеседую. Надо, чтобы всё утряслось в голове, а то как-то неожиданно всё.
— Тут еще девочка, — напомнила мне Виктория.
— А, точно! — кивнул и повернулся к ней. — Жить есть где?
— Нет… — помотала она головой.
— Понял. А есть чем питаться? Нет? Родители есть? Перспективы? Желания? Амбиции? Понял! — я щелкнул пальцами, и в беседку зашли двое гвардейцев. — Увести её!
— Куда? — удивились бойцы.
— А у вас, идиотов, что, много вариантов, куда можно увести ребенка? — опешил я, а Вика рассмеялась.
