0
0Казалось, словно последние несколько дней были попросту вырваны из жизни. Но что-то заставляло его верить, что это время он провел прекрасно. Так, что даже ужаснейшее самочувствие не могло испортить ему настроение.
Спустя несколько минут Николай попытался пошевелиться, но вышло так себе. Нет, пошевелиться всё-таки удалось, вот только всё тело тут же наполнилось слабостью, а голову прострелило сильнейшей болью. Причем стоит учитывать, что по ощущениям голова у Николая сейчас размером с макет земного шара в масштабах один к одному. И весит примерно столько же, ведь оторваться от подушки оказалось чем-то невозможным.
Следующий час у Черепанова ушел на то, чтобы хоть как-то приподняться в постели. Но когда это ему удалось, легче совершенно не стало.
— А что было? — нахмурился он и потер виски. — Что произошло… Вспоминай, Черепанов… Вспоминай!
Всё вокруг было размыто, потому Николай несколько раз протер глаза и проморгался. Только сейчас он смог узнать, что находится в собственной спальне, что, само по себе, не может не радовать.
— Вспоминай… — снова повторил он, и в этот момент взгляд зацепился за поднос на прикроватной тумбочке. На нем стояло два небольших пузырька с жидкостью. В одном из пузырьков жидкость синего цвета, а во втором — красного.
И только придвинувшись поближе, Николай заметил под пузырьками записку, на которой очень крупными буквами была написана инструкция по применению пузырьков.
— Чтобы вспомнить всё — выпей красный пузырек! — прочитал Черепанов. — Чтобы забыть это навсегда, прими синюю жидкость!
Некоторое время Николай размышлял над тем, как ему поступить. Но хорошее настроение из ниоткуда не возьмется, а значит, это будут отличные воспоминания. Потому еще некоторое время полежав в постели, граф смело откупорил пробку красного пузырька и одним махом опрокинул его в рот.
Жидкость разлилась теплом в груди, и с каждой секундой сознание всё отчетливее представляло перед глазами парня яркие картинки воспоминаний прошедших дней.
— И правда, вспоминается… — граф развалился в постели и, улыбнувшись, стал разглядывать эти воспоминания. Вот только совсем скоро улыбка пропала с его лица, а спустя еще несколько секунд лицо исказила гримаса ужаса. — Вспомнил! — Николай подскочил с постели и трясущимися руками потянулся к подносу. — Забыть! Срочно забыть!
Не раздумывая ни секунды, Черепанов сорвал пробку из пузырька с синей жидкостью и резко опрокинул ее в рот. Ядовитая дрянь обожгла ему горло, разлилась огнем в груди, и… И всё! Дальше Николай уже ничего не помнил, так как потерял сознание.
Сознание постепенно погружалось в столь желанную непроглядную тьму, все звуки вокруг становились всё приглушеннее, и казалось, словно меня затягивает на самое дно океана.
