4
0Конечно, не стала рассказывать ей обо всем, что стряслось в моей поездке, это не пойдет ей на пользу, а мне не хотелось волновать ее понапрасну.
Я слушала ее, когда она делилась со мной местными островными сплетнями, и когда бабушка подняла мое лицо, проведя пальцем под моим подбородком, и впилась своими темными глазами в мои, ко мне пришло осознание, что она знала куда больше, чем можно было представить.
– Ты какая-то другая, – просто сказала она.
Я улыбнулась, стараясь, чтобы слезы не потекли по щекам.
– А ты выглядишь прекрасно.
Она улыбнулась мне в ответ, и ее мудрый взгляд дал мне понять, что, возможно, это именно она защищала меня, а не наоборот.
Вернувшись домой, я легла на кровать и уставилась в потолок.
Вся эта иллюзия, эйфория от моего возвращения домой, рассеялась, стоило мне остаться одной.
Все мои мысли сводились к Алексу, его дочери, к нам…
Укол в сердце заставил меня надавать на это место ладонью.
Любовь причиняла такую боль…
Закрыв глаза, позволила единственной слезе скатиться по моей щеке. Позволила себе этот момент слабости, потому что поклялась себе, что после этой слезы больше никогда не стану плакать из-за Александра Ленокса.
Мне нужно придерживаться выбранного пути.
Буду смотреть вперед, в будущее, – в будущее, где его не будет.
Недели сменяли одна другую, как и месяцы.
Моя жизнь снова вошла в привычное русло.
Я работала, занималась йогой по утрам ради собственного удовольствия, а после проводила часы в ветеринарной клинике, которую, благодаря моему наследству, мне удалось полностью отремонтировать, заодно закупить всевозможные необходимые материалы, лекарства, носилки и клетки. У меня даже получилось обустроить небольшую стерильную операционную, где мне уже выпала возможность поработать и провести несколько операций.
Мне больше не нужно было, чтобы мои клиенты платили мне, ветеринарная клиника работала как часы, она по-прежнему не приносила дохода и финансировалась за счет процентов, которые я получала за хранение сбережений в британском банке. Не могу сказать вам точно, сколько унаследовала, поскольку у меня кружилась голова только лишь от одной мысли о той сумме, но главное, что животные на острове наконец-то получили первоклассное лечение.
Я была на седьмом небе от счастья, что могла посвящать им все свое время. Впереди еще много работы, но ситуация настолько изменилась, что мне даже вручили награду за мою благотворительную деятельность, которую решила с гордостью разместить за небольшим прилавком в ветеринарной клинике.
Несмотря на то что все шло своим чередом, день, когда мне предстояло вернуться в Лондон, приближался стремительно по мере того, как живот моей подруги рос все больше и больше.
