4
0– Не хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Алекс, приглашая меня последовать за ним в гостиную.
– Да, в субботу у Ханны выходной.
– Горничная, – пояснил Алекс, увидев мое растерянное выражение лица.
– А твоя дочь? – спросила я, и снова почувствовала укол, который уже начинал быть чем-то привычным.
Алекс повернулся с двумя стаканами с янтарной жидкостью и протянул один мне, приглашая сесть на диван.
– Лилия учится в школе-интернате неподалеку отсюда, – спокойно сказал он.
Я не могла сдержаться и не нахмуриться.
– Твоя дочь учится в школе-интернате?
Алекс поставил свой хрустальный бокал на столик перед нами и сел рядом со мной.
– Это распространенная практика в Англии… Я и сам учился в их школе.
Я растерянно моргнула.
– Но зачем отдавать ее в школу-интернат, если она может жить здесь с тобой?
Алекс избегал моего взгляда, а затем снова встал и подошел к камину.
– Я много работаю… а сейчас даже чересчур, учитывая новую должность в качестве генерального директора компании. О Лилии лучше позаботятся в школе, потому что там у нее есть ее ровесники-одноклассники и она может получить лучшее образование, которое только может предложить школа.
Я недоуменно посмотрела на него.
Алекс глубоко вздохнул.
– Она умерла от рака поджелудочной железы полгода назад.
Я раскрыла глаза от удивления.
Когда я узнала о его дочери, у меня в голове возникли тысячи предположений, которые могли бы объяснить, почему Алекс ничего не знал о существовании своей дочери, но мне никогда и в голову не приходило, что ее мама умерла.
– Я не знал о существовании Лилии… Ее мать никогда ничего не говорила мне об этом.
– Наверное, это был тяжелый удар для тебя.
Алекс посмотрел на меня, и я увидела в его глазах глубокую горечь, горечь, которая, уверена, всегда присутствовала в нем и которую он научился умело скрывать, когда приехал на мой остров, чтобы попытаться забыть о проблемах.
– Никки, у меня никогда не было намерения причинить тебе боль, ты же знаешь это, да? – спросил он меня, стоя у камина. Я знала, что Алекс был искренен, как и то, что он не хотел обидеть меня, но это не оправдывало ложь.
– Думаю, ты не хотел этого, и понимаю, что в какой-то степени тебе не было никакого смысла рассказывать мне о своей дочери, но, Алекс…
– Знаю, – прервал он меня, подходя и садясь рядом со мной. Его внезапная близость заставила меня нервничать, мое колено почти касалось его. Он весь, казалось, занимал все мое поле зрения, а воздух вокруг меня, похоже, сгустился так, что все мои чувства могли воспринимать только его и ничего, кроме него.
