0
0Отныне твое передвижение будет исключительно по маршруту дом-школа-дом.
— И как же ты отследишь мое передвижение, если тебя самого никогда не бывает в доме? — хмыкаю.
— Найму одиннадцатую няню и телохранителя. Они будут следить за каждым твоим шагом. Как только закончились уроки в школе — сразу домой под замок. Больше никаких друзей и развлечений. Так что если ты не хочешь по-хорошему, то будет по-плохому.
Сжимаю кулаки до побелевших костяшек.
Я тысячу, миллион раз задавался вопросом: почему мой папа — такой? Он совсем меня не любит? Я настолько ему не нужен, что он мечтает поскорее от меня избавиться? Сначала скидывал меня на миллион нянек, теперь вообще в другую страну.
Какой же разительный контраст между моим отцом и Машкиным. И я, и она — единственные дети. Но Машин папа выполняет любую прихоть дочки, а мой лишь мечтает, чтобы меня не было.
Но у Маши не очень хорошая мама, как мне кажется. Чем-то похожа на моего отца. На дочку ей по большому счету по фиг, занимается только собой. Но зато у Маши офигенный папа. А у меня и матери нет, и отец бессердечный.
— Я не поеду, — еще раз повторяю. — Тебе придется связать меня и силой запихнуть в самолет, чтобы отправить в этот интернат. А одиннадцатую няню я не боюсь. Десять предыдущих я довел до увольнения, доведу и одиннадцатую.
Я поднимаюсь со стула и, затылком чувствуя тяжелый отцовский взгляд, выхожу из кабинета. Приваливаюсь спиной к двери и перевожу дух. Нет, я никуда не поеду, и он меня не запугает. У меня здесь Маша, и я буду с ней.
С такими мыслями я выруливаю из коридора к друзьям в гостиную, но тут же резко останавливаюсь, будто кроссовки приросли к земле.
Потому что прямо перед моими глазами Маша целуется с Савелием.
Первые несколько секунд я не верю своим глазам. Этого не может быть!
Маша не могла позволить кому-то из них себя поцеловать…
Но это она. Савелий впился не в Дашу, Юлю или Свету. Он держит за затылок и целует мою Машу.
Я смотрю на это и чувствую, как разом рушится весь мой мир, а жизнь перестает иметь смысл.
— Ну хватит уже, хватит, — пищит Даша, и Савелий наконец-то отстраняется от Маши.
Затем подруга переводит взгляд на меня.
— Даня, присоединишься к нам? — спрашивает.
Ее вопрос доходит до меня, словно сквозь вату, я продолжаю смотреть немигающим взглядом на Машку, которая в этот момент тоже ко мне повернулась. Она быстро дышит, глаза горят азартом.
— Я скоро вернусь, — громко говорит, подскакивает на ноги и бежит на выход.
А я так и продолжаю стоять с чувством, будто мне только что вырвали сердце.
