13
0Что стряслось на этот раз?
– Одна женщина, которая была задействована в деле, вдруг чего-то испугалась и уехала. Я послал за ней своего человека, а сегодня узнал, что ее разыскивает кто-то еще. Похоже, милиция. Надо бы разобраться, дядя. Я знаю, у вас есть связи.
– А чего же эта женщина так испугалась?
– Видите ли, она не была полностью в курсе всего дела. А деньги-то были задействованы большие, вот ей и показалось невесть что. Мой человек ее, конечно, найдет и все объяснит, успокоит. Она поймет, что бояться нечего, ничего противозаконного мы не сделали. Но если милиция найдет ее быстрее нас, то… Одним словом, мне нужны опытные люди. Вы понимаете, для чего.
– Не понимаю, – сухо ответил тот. – Если вы не сделали ничего противозаконного, то пусть она объясняется с милицией, тебе-то что за печаль. Ты сам, похоже, не меньше ее испугался. Темнишь, племянничек?
– Да что вы, нет. Но мы ведь хотим воспользоваться наработками крупного ученого фактически без ведома его наследников. Это все-таки плагиат, нарушение авторского права. Не хотелось бы… – промямлил Шоринов."
"– Ладно, позвони мне через час, я дам связь, – бросил дядюшка и положил трубку.
Шоринов отер рукой вспотевший лоб. Кажется, пронесло, старик поверил. В таком деле главное – не спугнуть. Он не знает и не должен знать, каким таким чудом удалось Шоринову так быстро вернуть долг в миллион долларов плюс проценты за неделю.
Из кухни донесся ароматный запах свежезаваренного кофе. Ну что ж, решил Шоринов, теперь можно и покуражиться, показать этой сучке, где ее настоящее место. Катя вошла с подносом в руках, на котором стояли джезва, две чашечки с блюдцами, молочник, сахарница, вазочка с печеньем. Шоринов дождался, пока она осторожно составит все на низенький столик, потом невинно спросил:
– Сколько Николай тебе дал?
– Что?
Она вздрогнула от неожиданности, но удивление было сильнее страха, она действительно не поняла, что он имел в виду.
– Я спрашиваю, сколько денег он тебе дал?
– Каких денег?
– А что, ты ему дала бесплатно?
– Дусик! Ты с ума сошел? Что ты говоришь?
– Он у тебя ночевал. Ну что ты стоишь, как пугало огородное, наливай кофе-то.
Катя молча разлила кофе по чашкам, руки у нее дрожали, и это вызвало у Шоринова чувство злого удовлетворения. Ничего, пусть знает. Трахаться с молодыми красивыми мужиками, конечно, приятно, но пусть теперь знает, что после этого бывает очень неприятно, когда попадаешься. Шоринов взял свою чашку, сделал небольшой глоток, добавил сахару, размешал.
– Вот я и спрашиваю, сколько он тебе заплатил за удовольствие.
– Нисколько, – спокойно ответила она, садясь в кресло напротив.
– Значит, бесплатно дала, – констатировал Михаил Владимирович. – А зачем? Я бы еще понял, если бы за деньги.
