За все надо платить

* * *Ни разу в жизни Настя не испытывала такого острого чувства неловкости, входя в здание на Петровке, 38 и идя по коридорам в сторону своего кабинета. Она работала здесь почти десять лет, знала каждую трещинку на стенах, каждое пятнышко на дверях, мимо которых проходила по десять раз на дню, но сегодня ей казалось, что она тайком проникла туда, куда вход ей был заказан, она находится здесь неправомерно и каждый встречный знает об этом и может взять ее за руку и выставить вон. Умом она понимала, что это глупость, что отстранение от работы – дело неприятное, но вполне обычное и никоим образом не означает, что сотрудник не может появляться на своем рабочем месте. Просто ему запрещается действовать как официальному лицу. А приходить на работу – пожалуйста, если есть желание.

Желание у Насти Каменской было. И необходимость тоже была. Поэтому она, преодолевая невесть откуда взявшееся смущение, мужественно шла в свой кабинет, стараясь не встречаться глазами с теми, кто попадался ей на пути. Она почему-то была уверена, что о служебном расследовании обстоятельств ее связи с мафией Денисова знает все ГУВД.

Кабинет тоже показался ей чужим и неприветливым, хотя раньше она могла сидеть здесь чуть ли не сутками, что-то анализируя, обдумывая, рассчитывая. Ей всегда было здесь хорошо и, несмотря на казенную обстановку, уютно. Не успела она снять куртку, как буквально следом за ней влетел Коля Селуянов. Чмокнув Настю в щеку, для чего ему пришлось задрать голову вверх, низкорослый Селуянов тут же по-хозяйски уселся за ее стол.

– Принесла? – только и спросил он.

Настя кивнула. Они с Колей давно уже задумывали сделать анализ работы оперативных аппаратов по выявлению очевидцев тяжких преступлений, совершаемых на улицах и в общественных местах. Долгое время до этого руки не доходили, наконец месяца два назад они все-таки собрались с духом и приступили к сбору данных. Для хорошего анализа, говорила Настя, нужна хорошая статистика. В данном случае «хорошая статистика» означала, во-первых, достаточно большой массив данных, а во-вторых, их точность. Они собирали сведения об адресах и местах работы тех лиц, которые были выявлены как очевидцы тяжких преступлений, и тщательно наносили эти данные на огромную карту Москвы.

Они расстелили карту на столе и склонились над ней.

– Вот смотри, – стала объяснять Настя. – Предположим, цифрой один, обведенной в кружочек, я обозначаю место совершения преступления. По этому преступлению на первоначальном этапе было выявлено десять очевидцев, то есть людей, которые видели либо само деяние, либо преступника. Четверо из этих десяти живут неподалеку, их адреса я обозначила цифрой один.