За все надо платить

Я запишу тебя на консультацию к заведующему отделением, ты придешь и скажешь ему, что хотел бы полежать две-три недели в нашем отделении. Тебе нужно заканчивать диссертацию, а у тебя работа не идет. Слабость там, вялость, голова болит, бессонница, сосредоточиться не можешь. В общем, эту часть ты сам придумай, можешь говорить все, что хочешь, диагноз значения не имеет, потому что у нас, как я уже сказала, ни от чего не лечат, у нас скорее в чувство приводят, дают человеку отоспаться, привести нервы в порядок, набраться сил. Понимаешь? Скажешь Александру Иннокентьевичу, что тебе нужно срочно дописывать диссертацию, время поджимает, а голова не варит. Этого будет достаточно, чтобы он тебя положил к нам. А дальше все просто. Возьмешь свои бумаги, придешь к нам, будешь целыми днями работать над диссертацией, а я буду к тебе приходить каждую свободную минутку.

– Здорово! – обрадовался Оборин. – А пока я буду там у вас лежать, глядишь, что-нибудь и придумаем насчет наших будущих встреч.

– Твоему оптимизму можно позавидовать, – усмехнулась в трубку Ольга. – Так записывать тебя на консультацию или еще подумаешь?

– Чего тут думать, – отмахнулся он. – Записывай, конечно.

– Когда тебе удобно?

– Да хоть сейчас.

– Размечтался… Ладно, по блату сделаю тебе на завтра, на десять тридцать. Записывай адрес."

"Она подробно объяснила ему, где находится больница и как найти кабинет, в котором Александр Иннокентьевич Бороданков принимает для консультаций. Все, подумала она, попался. Никуда теперь не денется. В те четыре дня она так выложилась и в постели, и вне ее, что два дня без встреч с Ольгой показались Оборину мучительными и горько-безрадостными. Уж что-что, а превращать жизнь мужчины в сверкающий радостный праздник Ольга Решина умела как никто.

За четыре дня ей не удалось выяснить, знает ли он, где Тамара. Он ни разу не упомянул ее, на какие бы темы Ольга ни затевала разговор – о старых ли друзьях, об ошибках юности, о первой студенческой влюбленности, о легкомыслии, из-за которого можно запросто вляпаться в какой-нибудь криминал. Даже об автомобилях, которые не следует заводить, если не можешь обеспечить их сохранность. Один раз она, уже полностью отчаявшись, очень осторожно завела разговор о переводчиках. Но Юрий молчал, словно никогда и не знал такую переводчицу Тамару Коченову, с которой из-за ее легкомыслия случилась беда и с которой его связывал давний юношеско-студенческий роман. Но он не мог ее не знать. Ведь он забрал ее машину и поставил в свой гараж.

Если бы Ольге удалось точно установить, что Оборин не знает ровным счетом ничего, что Тамара прожила у него три-четыре дня, ничего не объясняя или сославшись на ссору с любовником, и уехала в неизвестном направлении, она бы оставила его в покое.