13
0
– С какими еще агентствами работала Коченова?
– Не знаю. Переводчики не любят распространяться о своих контрактах, а многие наниматели специально просят их сохранять коммерческую тайну и не рассказывать, на каких переговорах и с участием каких сторон они присутствовали.
– Значит, подсказать ничего нам не можете?
– Нет, к сожалению, ничего.
– Ну что ж, спасибо и на этом, – вздохнула Настя, пряча блокнот в сумку и вставая.
– А что случилось-то? – спросила Лариса, когда Настя и Тарадин уже подошли к двери. – Зачем вам Тамара?"
"– Контракт хотим заключить, – ответил Тарадин. – О Тамаре Коченовой очень хорошие отзывы, в том числе и в части сохранения коммерческой тайны.
– Какие же в милиции коммерческие тайны? – удивилась Диденко, приняв слова Тарадина за чистую монету.
– Расследования экономических преступлений с участием иностранных фирм, например, – пояснил тот с деловым видом.
– А-а-а, тогда конечно.
Они вышли из «Лиры» и молча побрели к машине Тарадина.
– Она что-то знает, – пробормотала Настя, останавливаясь и дожидаясь, пока Тарадин откроет ей дверь изнутри. – Она что-то знает, но молчит.
– Почему вы решили?
– Она слишком поздно спросила, почему мы ищем Тамару. То есть ее это не удивило, поэтому она и не спросила, а только потом спохватилась, что нужно сделать лицо. И еще. Она слишком легко скушала ваше вранье про коммерческие тайны в милиции. Ей хотелось, чтобы мы скорее ушли, поэтому для нее подошел бы любой ответ, даже если бы вы сказали о контактах с инопланетянами, для которых нужен не просто переводчик с немецкого, а именно Коченова. Эта Лариса наверняка что-то знает, но, видимо, Тамара просила ее никому не говорить.
– Не получается, – заметил Тарадин, включая двигатель. – Если Тамара просила не говорить, то она и Саприну не сказала бы. А Саприн, похоже, ее все-таки нашел. Тут что-то другое. Но я с вами полностью согласен, что-то есть. Куда едем?
– В Министерство социальной защиты. Попробуем там поискать.
На поиски человека, который организовывал экскурсионную благотворительную поездку детей-инвалидов по Европе, у них ушел весь остаток дня. Настя с ужасом думала о том, что ничего не сделала за этот день по текущим делам и завтра начальник спросит с нее результат, которого нет. Одна надежда на Короткова, может, он ее прикроет. Если он раздобыл какие-нибудь факты, то ночью она их обдумает и к утру выдаст какое-нибудь решение.
Сотрудницу министерства Андрееву, жизнерадостную толстушку в обтягивающих леггинсах и длинном свитере, они отловили уже вечером, приехав к ней домой.
