3
0— В личном разговоре Давид упомянул, что дал вам свое прозвище, но я объяснил, что оно у вас и так есть.
— А он какое дал? — заинтересовалась я. Что-то тут у всех столько прозвищ.
Василиск посмотрел на меня осуждающе, словно я что-то неприличное спросила.
— Если просветите меня относительно содержания послания, скажу.
Э, нет. В данном случае шефу куда любопытнее, чем мне, так что пусть страдает, как я когда-то.
— Владимир Витальевич, вы поможете мне вернуть этот комплект украшений?
Начальник почему-то не торопится с ответом и долго рассматривает жемчуг, затем подхватывает колье и пропускает между пальцев.
— Вы мерили украшения? — задал странный вопрос начальник.
— Вам самой не любопытно?
— А мне да. У Крамера должен быть хороший вкус. Наденьте, пожалуйста, — Владимир протягивает мне колье. — В этом ведь ничего такого нет.
Ну, раз так вежливо просят, да и правда, ничего такого в этом нет. Протягиваю руку к колье, черный жемчуг завораживающе скользит по широкой мужской ладони и пальцам. Владимир на меня сейчас так смотрит, что простая примерка уже не кажется мне хорошей идеей. Ощущения такие же, как когда я доставала из красной коробки — второго презента Крамера, кружевное нижнее белье (кстати, прямо точно моего размера). Убираю волосы набок и пытаюсь на ощупь застегнуть ожерелье.
— Помочь? — как-то так очень напряженно спрашивает Владимир. Я и сама очень напряжена, и чего уж там, вся атмосфера кабинета словно заряжена этим самым напряжением. Блин.
Кое-как, наконец, удалось застегнуть ожерелье. Повернулась к начальнику, продемонстрировала серьезному Василиску украшение.
— Сережки не буду надевать, — пробурчала я. Не нравится мне все это.
Вышла в приемную. Даша уже ушла домой, и я воспользовалась ее зеркалом, спрятанным в шкафу. Ну… красиво. Очень красиво. И действительно до обидного невероятно мне идет под новый образ. Ряды черного жемчуга красиво опоясывают шею, напоминаю сама себе Клеопатру. Именно такого эффекта и хотел добиться стилист. Дабы лучше рассмотреть, как сидит ожерелье, расстегнула дополнительно пару пуговок на блузке.
— Вам очень идет, — раздался за моей спиной голос шефа.
Ой. В зеркале отразился начальник. Поспешно закрыла дверцу шкафа и привела одежду в порядок, а ожерелье сняла.
— Знаете, я подумал вот о чем. Украшения можете оставить у себя.
— Давид нанес вам моральный ущерб сегодня. Полагаю, это достойная плата.
— Мне так не кажется.
Василиск забирает у меня ожерелье.
— А вы передадите подарок обратно Крамеру? — в моем голосе проскользнули нотки сомнения.
— Вы мне не доверяете?
— Доверяю. — Наверное.
— Не переживайте, уже сегодня украшения будут у отправителя с пояснительным письмом от меня. Больше Давид вас не станет беспокоить.
