Ошибка президента

– Одного я не могу понять, Саша, почему Точилин поверил Дроздову? – покачал головой Меркулов, когда Саша закончил. – Ведь где гарантия того, что самый старший из спецохраны и не провернул этого дела? Я бы сначала десять раз подумал.

– Верно, Константин Дмитриевич, – согласился Турецкий, – но ведь именно Дроздов пропустил его к Президенту, чтобы сделать укол. Если бы он сам готовил эту акцию – ни за что бы не пропустил.

– Может быть, может быть, – покачал головой Меркулов.

– А Точилин через три дня провел анализ капсул «тонусина» у себя в лаборатории. Он ведь знал, что дело идет по-крупному и ему постараются помешать, потому и заменил две капсулы «тонусина» на другие – взятые из личной аптечки Президента у него дома.

И положил в кейс, который нарочно набил разной устаревшей документацией, давно никому не нужными бумажками. В общем, поступил грамотно.

– А кто еще знает о результатах анализа, да и вообще обо всей этой истории? – задумчиво спросил Меркулов.

– Результаты известны только Точилину и Дроздову, если не считать теперь и нас с вами, Константин Дмитриевич, – ответил Турецкий.

И Турецкий, и Меркулов понимали, что положение сложилось более чем серьезное.

Три отчаянных покушения на Президента не удались всякий раз по чистой случайности. В последний раз, над Атлантикой, его враги уже действовали наверняка. Если бы не оказавшийся в правительственном самолете Женя Точилин со своими американскими препаратами, если бы не решительность Дроздова, не побоявшегося взять на себя большую ответственность, в России, внезапно лишившейся Президента, безусловно началась бы полная дестабилизация.

– Они внедрили своих людей даже в состав спецохраны.

Кто-то же подменил эти капсулы.

– Да, Константин Дмитриевич, тут без пол-литра не разберешься. Хоть в агентство к Грязнову обращайся. Может, эти Шерлоки Холмсы нам чем-нибудь помогут?

– Ты что, серьезно, Саш?

Возвращаясь домой, Турецкий снова подумал про Славу Грязнова и только тут поймал себя на том, что почему-то за последние два дня его мысли упорно возвращаются к Грязнову. Неужели он всерьез думает, что эта сыскная контора может чем-то помочь? Нет, вряд ли. И тем не менее он снова вспоминал Грязнова…

Чем больше он думал об этом, тем отчетливее проявлялась смутная мысль, которую он никак не мог облечь в слова.

Срабатывала его особая интуиция, которая уже столько раз спасала жизнь ему самому и его близким. Каким-то образом Слава Грязнов был связан с Президентом России. Нет, не прямо, а в подсознании крутилась идея, которая никак не желала выплывать на поверхность. Грязнов… Президент… Что у них может быть общего?.. Турецкий потер виски. Или это только кажется…

Саша и не заметил, как оказался у дверей своей квартиры.