Ошибка президента

– Очень серьезно, Константин Дмитриевич, в высшей степени серьезно. Этот человек, понимаете, может убить голыми руками, может…– Турецкий не находил аргументов,– в канализацию просочиться, по потолку ходить, в воздухе растворяться. Я видел его в действии.

– Это когда же? – поинтересовалась Романова.

– Он мне помог Саруханова отбить. Просто вдруг возник рано утром посреди двора и замочил обоих боевиков. Жаль, не появился на пять минут раньше, тогда бы Саруханов остался жив.

– Очень хорошо, – сказал Дроздов, на лице которого появилось странное, суровое выражение, – знаю я такую публику.

Встречался. Да, возможно, он и просачивается в канализацию. Почти без преувеличения. Но ты особенно не шути с ним. Это страшные люди. Отчаявшиеся, озлобленные. Кстати, он наверняка запросит денег. Много денег

– Ну сколько? – спросил Точилин.

– Полмиллиона, – пожал плечами Дроздов, – долларов, разумеется, – добавил он, увидев изумление на лицах.

Точилин, услышав о такой сумме, только присвистнул.

Он понимал, что в случае чего наскребать эту сумму придется семье Президента. Не милиционеры же будут сбрасываться.

А в бюджете одни дыры.

– Значит, опять за счет здравоохранения и прибавок к пенсиям… – мрачно процедил он. – Тут выколачиваем увеличение дотаций на больницы – опять все коту под хвост!

– Но им столько и платят. Работа у них трудная, – мрачно улыбнулся Дроздов. – В общем, Саша, я твою идею не поддерживаю. Понял?

– Хорошо, не поддерживаешь! – кипятился Турецкий. – Тогда я хочу выслушать другие предложения. Что ты, Дрозд, предлагаешь? Спецназ? Или собрать отряд из гаишников в отставке? Это Шура быстро организует.

– Спецназ мог бы и справиться… – проворчал Дроздов.

– А Президента, пока он справляется… Да что говорить! – От избытка чувств Турецкий встал.

– Ну хорошо, предположим, мы примем твой вариант, – мягко сказал Меркулов, стараясь загасить назревавшую ссору. – Ты знаешь, как с ним связаться, с твоим новым товарищем?

– Нет, – растерянно ответил Турецкий, – не знаю.

Телефон зазвонил в тот же день.

– Александр Борисович? – спросил голос в трубке. – Как супруга?

Турецкий не ожидал вопроса и ответил:

– Ну тогда приветик, – сказала трубка. – Носки я тебе в почтовый ящик закину.

– Погоди!.. – завопил Турецкий, соображая с лихорадочной быстротой. – Не надо в почтовый ящик!.. У нас оттуда все время крадут, а мне их мама связала. Может, заскочишь? Посидим, как белые люди. Тем более я сейчас холостой… Правда, заходи, а?

Киллер молчал несколько секунд, показавшихся Саше вечностью.

-Ну, если холостой, – проворчал он затем. – Пожрать приготовь, через полчасика буду.

Раздались короткие гудки. Еще некоторое время Турецкий сжимал трубку в руке, чувствуя, как вспотела ладонь.