1
0Главарь подошел ко мне и с гаденькой улыбочкой проговорил:
— Твоя баба у нас! Если не скажешь, где Гоша и где мой брат, ей хана…
А вот это ты брешешь, товарищ Птица… Света в надежном месте, я предусмотрел такой ход. К чему этот блеф с его стороны? Не пойму. Но враг не стал держать паузу и бысто ответил на мой немой вопрос.
— Узнаешь? — Филин сунул мне под нос кулончик на цепочке.
Это не Светин, но… он мне показался до боли знакомым. Чёрт! Где я его видел? Где?!… Ага! Вспомнил! Ну точно!
— Если пальцем тронешь ее, убью… — прошипел я.
— Показывай, где брат! Иначе твоя сучка сдохнет! Но не сразу, — Филин обвел многозначительным взглядом дружков, и те загоготали.
— Хрен с тобой… — процедил я. — Покажу. В обмен обещай, что отпустишь нас…
— О, как ты запел! — главарь сглотнул комок и расплылся в улыбке, ему явно полегчало. — Показывай, и будешь жить… Вставай! Ну! Пацаны, поднимите его!
— Руки-то развяжи, — сказал я Филину, когда мы стояли возле гаража.
— Обойдешься… Он там внутри прячется? Как открыть? Говори уже!
— Заперто изнутри, дебил! Условный стук нужен. Развяжи, и я постучу.
— Э, нет… Не проведешь… Говори, что за стук! Ну!
Филин ткнул локтем меня в бок. Чувствительно… Я скрипнул зубами, стискивая челюсти, чтобы не застонать от боли. Не дождётся.
— Какой условный стук? Убью твою девку! Говори! — замахнулся он.
— Три коротких, один длинный… — сквозь сжатые зубы выдохнул я.
Простучал кулаком Филин по железной двери. В ответ — тишина…
Его рука потянулась еще, но я осек:
Через некоторое время из-за двери послышался голос с хрипотцой:
— Свои! — отозвался я. — Открывай! Это я…
Лязгнула задвижка. Дверь не успела открыться, как Филин и еще парочка молодчиков ворвались внутрь и схватили открывшего им.
— Ну здравствуй, Гоша! — торжествующе пропел Филин. — Где мой брат?
— Там, где ты скоро будешь тоже… — хмыкнул пленник и плюнул под ноги главарю.
Его держали двое, но он сумел выказать свое презрение.
— Ах ты, сука! — заревел Филин и замахнулся, собираясь заехать кулаком пленнику в лицо.
— Шеф! — вдруг выкрикнул один из каратистов, что стоял рядом. — Это не он!
— Чего?! — рука Филина так и застыла в воздухе.
— Чего?! — снова повторил главарь, будто не мог понять смысл слов подчиненного.
— Через плечо, — хмыкнул я тогда и тоже плюнул главарю под ноги.
Снаружи гаража послышался рев моторов и шорох шин о грунтовку.
— Засада! — выдохнул Филин и захлопнул гаражную дверь.
Клац! — задвижка отрезала Филина, меня, Гошиного подручного и еще двоих каратистов от внешнего мира.
Стало темно. Если Гошиного человека они успели схватить, то меня со связанными руками никто не контролировал. А я знал здесь каждый сантиметр.
