1
0— Погоди… Ты нас убить задумал?
— Копай, — я вытащил из багажника советскую саперную лопатку, которая очень кстати оказалась тут вкупе с набором инструментов, что Гоша припас для меня в подарочном комплекте с мерином.
— Что копать? — совсем сник Филин.
— Могилу вам с Рыхлым… И тогда умрете быстро и незаметно.
— Ни хрена я копать не буду! — выкрикнул Филин.
Бах! — я выстрелил ему под ноги, пуля взрыхлила землю возле его кеда. Каратист подскочил, как ужаленный.
— Если не будешь копать, тогда я отвезу вас к Гоше… и умирать вы будете медленно. Очень медленно… Он с вас кожу живьем сдерет, — проговорил я это голосом спокойным и рутинным, будто предлагал купить газету.
Бандитов в своей жизни видел я достаточно, чтобы теперь ребята не сомневались — ничего хорошего им не светит.
— За что?.. — таращился на меня Филин, Рыхлый так вообще от страха дар речи потерял. Валялся под колесом машины и то ли мычал, то ли всхлипывал напоследок.
— Кто вас послал? Скажете, может, тогда отпущу…
— Да никто нас не посылал! Ты что городишь! Я тебе хоть чем поклянусь! — бил себя в грудь и брызгал слюной раскрасневшийся Филин.
— Тогда копай, — с безразличным видом хмыкнул я и угрожающе махнул пистолетом.
Делать нечего. Филин взял лопатку. Пыхтел и сопел, но начал копать, косясь на меня. Сто пудов думает, как бы меня лопаткой пришибить. Только я не дурак, отступил на безопасное расстояние и оттуда наблюдал, привалившись к березке и держа его на мушке.
Маленькой лопаткой трудно и неудобно копать. Поэтому яма, и то не слишком глубокая, была готова лишь через час.
— Сойдет, — удовлетворенно кивнул я и глянул на наручные часы. — И так времени много потерял, на ужин опоздаю, жена ворчать будет. Давай, тащи этого толстого в яму. Скорей!
— Я не буду этого делать… — нижняя губа Филина затряслась.
Я подошел к раненому и схватил его за руку. Рыхлый упирался и брыкался, как мог, но я пнул его по ноге, и он скрючился и завыл. Я решительно потащил его к яме.
— Кто вас послал? — немного устало спросил я.
— Никто… — пятился Филин. — Почему ты не веришь?..
Я всё волок к яме Рыхлого, тот визжал поросенком. Тяжелый, зараза, сто потов успело сойти, пока я дотянул его до могилы, тем более, что тянуть приходилось одной рукой, во второй был пистолет, который я старался держать ровно и не сводить с Филина.
Тот впился в меня взглядом, будто ждал того единственного мига, когда я отвлекусь, чтобы рвануть прочь. Но я предусмотрительно заставил встать его на колени и скрестить голени. Из такого положения резво не стартанешь. Придется повозиться и покряхтеть, прежде чем получится встать.
Я бесцеремонно скинул Рыхлого в яму.
— Не стреляй! Не стреляй! — орал тот.
