0
0- Сумасшедший дом! Варварство! Средневековье! Погоди... – вспоминает о насущном. – Это что, и Алька... тоже?
- Твоя сестра воспитана, как и положено женщине-Хранителю! – неожиданно сдержанно отвечает мать.
- Ужас... – он неверяще качает головой. – А ведь мужчинам ничего не запрещают...
- Напрямую – нет. Но тебя же предупреждали о том, что ты должен... О предохранении. О неприемлемости детей от кифэйя и человека. Что это недопустимо.
- Предупреждали. И я все соблюдаю! Но... Как же мне повезло, что я родился мальчишкой!
- Повезло, – контрастно смеется Лидия после серьезности того, о чем они только что говорили. – А еще нам с тобой повезло...
- Да, ты права, – Магомед мгновенно понимает, о чем говорит мать. – Мы с тобой живем так близко. Это не часто случается.
- Почти никогда, – печально улыбается женщина. – Жизнь разбрасывает кифэйев по разным уголкам мира, не обращая внимания на их родственные связи. Знаешь, я, когда узнала, что ты будешь Альфаиром этого городка... Я плакала несколько часов, Мага, – просто не могла остановиться. Столько лет не видеть своего мальчика... Ты рос без меня. А теперь – три часа на машине – и ты со мной.
- Я всегда тебе говорила – ты слишком быстро ездишь, – Лидия промокает краем платка выступившие в уголках глаз слезы. – Вон, батюшка вышел нам навстречу.
- Отец Владимир, вы что, собираете воду для обращения в вино? – Мо растерянно озирается по сторонам – кругом лужи, прямо на полу церкви.
- Купол протекает, – смущенно улыбается священник. – Храм-то старый, 19-го века. А ремонтировать никто не хочет, и так тут все заброшено было пять лет, до моего приезда.
Мо запрокидывает голову, разглядывает свод церкви.
- Инструменты есть у кого-то в деревне?
- Несите. Не дело это.
- Сынок, высоко ты забрался. Будь осторожней.
- Все в порядке, – откликается Мо из-под купола храма. Разве это высота для оператора портового крана? Смешно. И он продолжает латать купол старой сельской церкви. Внизу отец Владимир рассуждает о том, какой он, Магомед, хороший человек – будучи иноверцем, помогает починить христианский храм. Мать не спорит с отцом Владимиром. Всему причиной имя, многие полагают, что раз его зовут Магомед – то он мусульманин. Мо не спорит, он читал Коран, и не раз, это мудрая книга. Но в вопросах веры его нельзя назвать мусульманином, христианином или адептом любой другой веры. Это не потому, что Мо не верит. Дело в другом. Какая-то часть его древней, не совсем человеческой души не верит. Она знает точно – Бог есть.
Покидаю город Таллинн, состоящий из проталин...
Он отправляется в путь в любую погоду. Неважно, что за окном – дождь, снег, ветер, палящий зной или лютый холод – а в их краях бывает всякое, он выполняет свою работу. Не потому, что она так уж важна, его работа. Хотя это с какой точки зрения посмотреть.
