3
0— Теперь всё будет хорошо, — шепнула. — Только время…
Она не лишилась чувств, но словно заснула. Эльдьярн уложил фюльгью на её постель. Ингольв склонился над ней, желая поблагодарить, но и зная тоже, что она не слышит. Только теперь он полностью осознал, кто она такая. И это было так странно: видеть ту призрачную и жутковатую деву во плоти.
— Оставь, — буркнул великан. — Тебе уже пора собираться на совет.
— Я пойду с тобой, — Змей встал со своего места.
— Ты бы лучше поспал лёг, — Ингольв махнул на него рукой. — Тут я и один справлюсь, раз уж такое дело. А надо будет, тебя позовут, коли моему слову Альвин не поверит.
Блефиди нахмурился, но спорить не стал. Ингольв долго не собирался: только выпил воды, которую сам принёс вчера из колодца. Теперь чужому питью тут доверять нельзя. Не мешало бы и позавтракать, да к Хакону в дом тоже идти не хотелось. Как только поправятся Асвейг и Лейви, они все покинут этот дом. Хватит, нагостились по самое горло.
Он прошёл через двор, чувствуя со всех сторон вопросительные взгляды. Уже все знали, что стряслось, и успели, верно, даже напридумывала небылиц. Ни на кого не глядя, он минул ворота и направился по вытоптанной за все дни тинга до самых камней дорожке к месту совета.
Нынче солнце вставало в облаках, самые яркие краски рассвета уже отгорели на плечах гор. Небо, залитое бледнеющим пурпуром, понемногу затягивалось дымкой. Как бы снова не пошёл дождь: едва только удалось передохнуть от него.
Угроза промокнуть до нитки не отпугнула никого из тех, кто хотел нынче тоже поговорить с конунгом и потребовать разрешения своих вопросов. Ингольва встретили явным неудовольствием: уж больно много времени он отбирал у Хакона. А теперь все прослышали о приезде Альвина Белобородого и уже понимали, что будет новый спор, новое разбирательство. И ещё неизвестно, как долго оно продлится.
Самого конунга пока не было, как и его жены. Люди стояли полукругом в нетерпеливом ожидании. Лица многих были знакомы, но теперь они все отводили взгляды, стоило только на них посмотреть. Так и будет теперь, пока Ингольв не вернёт себе доброе имя.
Долго торчать здесь, словно коконом, опутанным чужой неприязнью, не пришлось. Скоро загомонили громче те, кто заметил Хакона раньше всех, а после и остальные оживились. Конунг прошёл к своему месту, а рядом с ним, чуть позади, встал и Альвин Белобородый. Мёрд с ними не оказалось. Может, появится позже?
Ярл цепким взглядом тут же выхватил Ингольва из толпы и аж губы у него посерели, насколько быстро разозлился. Кто-то хотел было влезть вперёд со своим обращением к Хакону, но Альвин сразу оборвал его, будто букашку растоптал.
— Ты всё же решил показать здесь свою трусливую рожу, Ингольв Радвальдссон, — прорычал, отчего даже конунг посмотрел на него удивлённо.
