3
0— Ну а после чудом попал к ребятам. Я давно должен был умереть, но как-то не выхо…
— В СТОРОНУ!!! — рявкнул я.
Пришлось резко дёрнуть парня назад. Впереди маячил силуэт Аркаса, но я лишь успел грубо пнуть того ногой в спину и занять его место.
Инстинкты высвободились наружу моментально, неизвестная тварь была в радиусе пяти метров, а следом пришло время высвобождать Гамму.
Слух вначале уловил тихий звон цепей. Удалось резко её натянуть и выставить перед собой и в следующую секунду какая-то зубастая образина размером с большую собаку попыталась вцепиться в глотку и повалить в трясину.
Настроение и так с самого начала являлось дерьмовым, а под напором нескончаемого жжения в руке перешло в разряд тихого бешенства.
— Катись к бесам! — яростно выпалил я, ослабляя стремительно цепь и набрасывая её чудовищу на шею.
Получилось прижать тварь к земле, а молниеносный взмах одноручной секиры Рамаса утихомирил её навечно.
— Болотный баргест! — выкрикнул громко тифлинг, обращаясь к остальным. — Будьте наготове!
— Где один там и стая, — пытаясь подняться на ноги, выпалил полубог, который от падения в болото перемазался с ног до головы мерзкой зеленой жижей. — Ненавижу эту нечисть!
— Чудовищ у тебя тоже убивать не получается? — с ядовитой улыбкой осведомился Рамас.
— Сейчас узнаем, — выдохнул холодно я.
А затем в радиус обострившегося восприятия ворвались чуть больше десятка мерзопакостных аур.
— Всего четырнадцать тварей! — бросил я Аркасу.
— Откуда ты… — начал было тот, но сразу махнул рукой, видя моё перекошенное лицо. — Ладно, спрашивать не буду!
Тихий звон цепей в данной ситуации казался успокаивающим. На миг померещилось, что даже жжение в руке ослабло.
Я и сам не заметил, как обе Гаммы перекочевали в руки, а потом под напором эмоций шагнул за оборонительный круг шестерки. Слух уловил чей-то жалобный умирающий вопль позади, а это означало, что очередной смертник из отребья Хсарса нашел свой конец.
Однако на всё прочее стало плевать. Прикрыв веки, я увидел перед собой несколько враждебных аур. Стоило коснуться состояния неистовства, как тело моментально перешло в боевой режим и всё окрасилось багрово-черными цветами, а шелест цепей и звук рассекаемой плоти ознаменовал о старте схватки.
С каждым движением и рывком в уши вонзался жалобный псиный визг, а в сантиметрах от тела мелькали смердящие туши мерзких шавок и их безобразные морды. Бой продлился примерно двадцать моих шагов. Когда же я разлепил веки, то вокруг распластались шесть скулящих баргестов.
У какого-то отсутствовали конечности, у кого-то не хватало части челюсти, но все шестеро образин… оказались чудом живы, хоть и до безобразия изувечены.
