6
0— Ты решил провести для бывшего серафима урок демоноведения?
Вот только все, как один, резко обернулись на тихий девичий голос, который раздался за их спинами:
— Пилигрим? — шокировано выпалила дриада, быстро взглянув исподлобья на смертников. — Вы хотите сказать, что он… скиталец?
Физиономия тифлинга резко окаменела, ведь тот понял, что сболтнул лишнего и полудемон разом оказался под прицелом четверки недовольных глаз.
— Идиот, — выдохнул обреченно серафим.
— Если хочешь жить, то лучше забудь о том, что сейчас слышала, — пригрозил дриаде полубог, а затем с удивлением стал смотреть за ей манипуляциями.
Целительница приступила к делу всего тридцать секунд назад, а Цуг уже выглядел гораздо лучше, чем раньше, и загнивающая рана очень медленно стала поддаваться лечению.
Все как один быстро обступили девушку, зачаровано наблюдая за магией жизни и тёплым светло-зеленым пульсирующим сиянием.
— Ты спасёшь его? — с некой мольбой спросил серафим.
— Будь моя воля я бы в жизни не стала помогать вам, — прошипела сквозь зубы Диана. — Но я… я дриада Жизни. Именно поэтому я и подалась в крепость. Я обязана спасать разумных. Я не могу оставить вашего друга на произвол судьбы. Так что да, я помогу ему. А кто вы вообще такие? — обратилась она к полубогу. — Как попали в форпост?
— Единственное, что мы можем тебе сказать, так это то, что мы бесправные смертники и сейчас мы в коллизии, а об остальном знать необязательно. Ранкар целиком и полностью прав. Спасёшь Цуга, и ты свободна.
— В коллизии? — сглотнула испуганно девушка. — Смертники? Вы… приговорённые преступники… Как вы умудрились всё это провернуть? На вас же рабские печати…
— Повторяю: знать такое тебе необязательно, — повторил сухо полубог.
— Это всё он, да? Пилигрим? Как он смог? — стала допытываться Диана.
От слов девицы тифлинг вновь скривился и поджал губы.
— А вы вообще в курсе, кто ваш друг на самом деле? — продолжила напирать она. — Вы видели, что у него на руке? Видели его оружие? Если он не голубокровный, то он опасен для всех! Именно поэтому скитальцев и убивают…
— Исцеляй молча, дриада! — пригрозил той Рамас. — Не твоего ума дела, кто он такой и что из себя представляет.
— Такова ваша благодарность? А хотите я…
Правда, довести свою речь до конца она не смогла и резко вздрогнула, а взгляды всех присутствующих тотчас обратились на единственный вход.
Яростный и неистовый рёв, который походил на вой одержимого зверя оглушил округу. Складывалось впечатление, что будто ревело какое-что чудовище коллизии. Ведь крик был наполнен необычайно жаждой убийства, жестокостью и безумием, но в нём отчетливо угадывались человеческие нотки. И словно всего этого было мало откуда-то издали стали разносится далёкие глухие удары.
