Сделанное ему добро он будет помнить всю жизнь, а зло очень быстро забудет. Не то что некоторые, у которых все совсем наоборот…
По подполковнику было видно, что он испытывает к сербскому принцу искреннюю симпатию, хоть он и был вполне объективен в своей оценке. Император, выслушав его, удовлетворенно кивнул.
– Я же, в свою очередь, добавлю, – слегка прокашлявшись, вступила в разговор полковник Антонова, – что, помимо всего прочего, юноша красив и обаятелен, и женщины рядом с ним просто тают. В то же время он весьма сдержанно пользуется своим влиянием на слабый пол.
– И что? – с легким интересом спросил император, чуть приподняв бровь, – эскортницы были хороши?
– Не то слово, Михаил, – сказал подполковник Бесоев, сдержанно улыбнувшись, – образованные, умные, красивые девочки из хороших семей, осиротевшие по капризу судьбы.
Император немного помолчал перед тем, как задать следующий вопрос.
– И что же, – наконец промолвил он, – на протяжении всей поездки нашему юноше не захотелось заиметь с этими девицами контакты третьего рода?
– Нет, – ответила полковник Антонова с едва уловимыми нотками торжества в голосе, словно она гордилась столь порядочным поведением молодого принца в отношении женщин, – молодой человек не настаивал, а девушкам и не ставилась задача по соблазнению.
Подполковник Бесоев опустил голову в знак того, что полностью согласен с мнением коллеги.
– Что ж… Понятно и очень достойно, – кивнул Михаил, хотя в душе и подивился тому, какое реноме у его людей заслужил принц Георгий.










